• Сб. Мар 2nd, 2024

Артак Магалян. Генеалогия Мелик-Бегларянов – владык Гюлистана

Янв 4, 2024

“Наша Среда online”Продолжаем публикацию монографии известного армянского историка Артака Владимировича Магаляна “Арцахские меликства и меликские дома в XVII–XIX вв.”, посвященная одному из важнейших этапов армянской истории – истории меликств Арцаха.
Благодарим автора за согласие на публикацию книги.

Введение
Глава первая. Арцахские меликства как проявление армянской государственности
1. Войско арцахских меликств
2. Судопроизводство в арцахских меликствах
3. Налоговые обязательства
4. Участие меликов Арцаха в духовных делах своих гаваров

ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕНЕАЛОГИЯ МЕЛИКСКИХ ДОМОВ АРЦАХА

Армянская история славится множеством княжеских родов, среди которых представители меликских домов в течение двух столетий (с начала XVII до первой четверти XIX в.) являлись знаменосцами армянской национально-освободительной борьбы. Особенно именитыми были роды Мелик-Бегларянов Гюлистана, Мелик-Исраелянов Джраберда, Асан-Джалалянов Хачена, Мелик-Шахназарянов Гегаркуника и Варанды, Мелик-Еганянов (Мелик-Аванянов) Дизака и роды Мелик-Агамалянов[209] и Гегамянов из Еревана.

В данной главе, которая посвящена родословию меликских домов Арцаха, основной акцент делается на представление более известных меликов, а другие и младшие члены их семьей, которые назывались беками, просто перечисляются.

Отметим при этом, что во многих случаях время стерло всякую память, а в народных преданиях зачастую деяния одной исторической личности приписываются другой, более знаменитой, и исследователям порой очень трудно доискаться до истины. Мы по возможности старались не грешить против исторической правды.

1. ГЕНЕАЛОГИЯ МЕЛИК-БЕГЛАРЯНОВ – ВЛАДЫК ГЮЛИСТАНА

Меликство Гюлистана сформировалось в начале XVII в. Это меликство, называемое также Игирмидорт, состояло из двадцати четырех деревень. Оно начиналось от реки Курак (Кюрак) на границе Гандзака и простиралось до реки Тартар. Владыками гавара Гюлистан были Мелик-Бегларяны с резиденциями в крепости Гюлистан, которая дошла до наших времен почти неповрежденной, а также во дворце напротив монастыря Орек, близ деревни Талиш. Неподалеку от монастыря Орек находится родовое кладбище Мелик-Бегларянов. «Вся площадь местности покрыта густым лесом, а сохранившиеся строения и надгробия частично покрыты землей»[210].

«Мелик-Бегларяны – коренные утийцы из села Ниж, – писал Раффи. – Какие обстоятельства принудили их оставить родину, перебраться в Карабах и поселиться в гаваре Гюлистан, – об этом история умалчивает»[211]. Первый из представителей рода, поселившийся в гаваре Гюлистан, «которого тюрки называли «Кара-юзбаши» («Черный сотник»), а армяне – «Черный Абов», был человеком непростым: на своей родине он имел состояние и правил народом»[212].

Род Черного Абова переселился в Арцах в конце XVI в.[213], обосновавшись вблизи нынешнего села Талиш. Вскоре Черный Абов за какой-то отважный поступок получил от хана Барды селение старый Талиш. О Черном Абове сохранились скудные сведения. Известно, что он скончался в 1632 г. и был похоронен возле монастыря Орек, где ныне находится родовое кладбище династии Мелик-Бегларянов. Ему наследовал сын мелик Яври (чье имя упоминается в памятной записи в Евангелии из села Талиш от 1650 г.)[214], затем другой сын – мелик Беглар I. Судьба остальных сыновей Черного Абова неизвестна.

Мелик Беглар основал Гюлистанское меликство и расширил его границы. Вскоре он захватил несколько поселений, находящихся во владении местного князя Абраама-юзбаши, в том числе Гюлистан, Веришен, Неркишен, Эркедж и другие. Мелик Беглар I завладел также Гюлистанской крепостью, сделав эту неприступную твердыню своей резиденцией. У него было три сына: старший – Абов, средний Тамраз (Теймураз, ум. в 1750 г.) и младший Исай-хан (ум. в 1751 г.). Жену последнего звали Мариам[215].

Преемником мелика Беглара стал старший сын мелик Абов II, известный по прозвищу Хромой Абов, поскольку его нога была прострелена из ружья. Он похитил Камар-султан, единственную дочь гандзакского богатого помещика Мирзы-Махмад Мустафы, и женился на ней.

Печать Абова фигурирует под двумя прошениями арцахских меликов, направленных русскому двору в 1725 г. На печати отчетливо читается: «Слуга Христово Абов»[216]. До нас дошло и письмо представителя сгнахов у русского командования Христофора от 25 ноября 1726 г., адресованное арцахским меликам, сотникам и всему населению, в котором фигурирует имя Абова[217]. Хромой Абов скончался в 1728 г., а Камар-султан в 1753 г.

По причине несовершеннолетия Овсепа, единственного сына покойного правителя, Абову II наследовал его брат мелик Тамраз. Тамраз поселился во дворце напротив монастыря Орек. Он решил лишить юного племянника богатейшего отцовского наследства и власти, которые по обычаю меликов должны были перейти к Овсепу по достижении совершеннолетия. Вскоре вражда между дядей и племянником обострилась – отряд Овсепа захватил укрепление Тамраза, который был повешен на одной из чинар. Согласно хронике в конце рукописи Матенадарана под номером 7816, мелик Тамраз был убит «в мае 1750 г.»[218]. Тамраз имел двоих сыновей. «Даниел носил титул мелика, но не обладал властью»[219]. Сарухан-бек в 1723 г. был одним из четырех командиров армянских полков.

Мелик Овсеп долго правил Гюлистаном. В «Новой тетради» о нем читаем: «Он был самовольным князем, в своем княжестве делал все, что желал, не считаясь с мнением чьим либо. Был мужем чрезвычайно смелым и отважным, свою независимость обрел благодаря своей смелости»[220].

Женой мелика Овсепа была Эрикназ. Как сообщает Раффи, Овсеп скончался в 1775 г.[221], в преклонном возрасте, оставив после себя двух сыновей – Беглара и Абова. Великий писатель не поясняет, на основании каких документов он указывает эту дату. Однако некоторые нововыявленные материалы доказывают, что в феврале 1778 г. мелик Овсеп еще был жив.

Первый из этих документов, подлинник которого хранится в Матенадаране, это письмо мелика Овсепа, адресованное католикосу Симеону Ереванци, от 19 февраля 1778 г., в котором он просит отправить к нему искусных мастеров для восстановления купола Гандзасарского монастыря, поскольку «в этих краях нет такого искусного мастера, который как следует смог бы восстановить купол нашего престола, ибо здание (Гандзасара) очень убого и неприглядно». Мелик Овсеп даже поясняет, какого именно мастера он имеет в виду: «того мастера, который работает у Вашего святейшества, прошу в этом году направить в расположение престола святого Ованеса Крестителя. Тот мастер, который строил столпы Вашего Святого Престола. Слуга твой Беглар видел там (т. е. в Эчмиадзине)…». Это интересное письмо заканчивается так: «Ваш слуга Мелик-Овсеп, написано 19-го февраля 1227 г. армянского летосчисления (1778 г.)»[222]. На печати отчетливо видно имя Овсепа.

Следующий документ, свидетельствующий, что в 1778 г. мелик Овсеп был еще жив, это прошение католикоса Гандзасара Ованеса Католикосу всех армян Симеону Ереванци от 27 февраля того же года. После изложения просьбы об отправке к ним искусных мастеров для восстановления купола Гандзасара католикос Ованес в общих чертах разъясняет местную ситуацию, упоминая также имя мелика Овсепа: «Благодаря Вашим молитвам у нас все в порядке, спокойно – и в Ширване, и в Хамсе. – пишет он, – Джавад-хан гянджинский пришел сюда и гостил у Мелик-Овсепа. Теперь он у Мелик-Адама». В конце прошения католикос Ованес оставил очень важное свидетельство по поводу предыдущего письма: «Мелик-Овсеп также написал Вам письмо из своей крепости и засургучованно отправил нам, кое мы переправили Вашему святейшеству»[223]. Эти материалы неоспоримо доказывают, что мелик Овсеп не скончался в 1775 г.

Вместе с тем однозначно, что мелик Овсеп скончался до конца 1780 г. Подтверждением тому служат конспекты писем с соболезнованиями от 23 декабря того же года, написанные Католикосом всех армян Гукасом Карнеци и адресованные старшему сыну мелика Овсепа – мелику Беглару, а также мелику Адаму из Джраберда. Из конспекта первого письма узнаем, что католикос Гукас: «По поводу кончины отца отправил послание с соболезнованием Мелик-Беглару и наказами проявить стойкость и выдержку, добрыми делами продолжать последовательно соблюдать отцовские правила святых традиций и унаследовать благословенное имя его»[224].

Гукас Карнеци также отправил письмо давнему другу и союзнику покойного мелику Адаму, в котором пишет: «Я соболезную по поводу кончины Мелик-Овсепа, с кем при жизни ты был в мире и согласии. Извещаю, что написал письмо с благословением и соболезнованием Мелик-Беглару. Выразил пожелания, что богоугодная любовь и единство, которые были с лучезарным Мелик-Овсепом, будут сохранены и продолжены с его сыном Мелик-Бегларом, в знак настоящей дружбы и единства между вами»[225].

Как увидим далее, когда в 1783 г. скончался владыка Джраберда мелик Адам, католикос Гукас Карнеци также отправил свои соболезнования мелику Абову, наследовавшему своему брату в Гюлистане. Эти письма свидетельствуют о том, что в первопрестольном Эчмиадзине были хорошо осведомлены о тесном союзничестве между меликствами Гюлистана и Джраберда, которое переходило из поколения в поколение.

***

Мелику Овсепу наследовал мелик Беглар II, который в рукописи «История Сюника», составленной в 1781 г. в Татеве, описывается как: «человек крепкого сложения, отважный и храбрый в боях»[226]. Он имел большое стремление к учебе. Католикос Симеон послал ему учебник по грамматике[227]. Мелик Беглар погиб в 1781 г. в столкновении с лезгинами, на подступах к селу Горани близ Гандзака[228]. Можно с уверенностью утверждать, что его убийство произошло в конце 1781 г., поскольку сохранились написанные меликом Бегларом и джрабердским меликом Адамом письма от 2 сентября того же года, адресованные императрице Екатерине II и полководцу А. В. Суворову[229].

Женой мелика Беглара была Амарнан (Мариам) – дочь мелика Шахназара из Варанды. Мелик Беглар II оставил четверых сыновей: мелика Фрейдуна, Сама, Багира и Агабека[230].

Через два года после гибели мелика Беглара умер прославленный мелик Адам из Джраберда. Католикос всех армян Гукас Карнеци направил письмо с утешениями в адрес давнего соратника покойного – нового владетеля Гюлистана мелика Абова, сына мелика Овсепа. В письме католикос с опозданием выразил соболезнование также по поводу безвременной кончины мелика Беглара. В копии этого документа, хранящейся в Национальном архиве Армении, читаем: «Как только мы услышали о горестной смерти родного брата твоего, особо нами любимого светлой памяти мелика парона Беглара, хотя и сокрушались сердцем и хотели написать утешительное послание для тебя – нашего любимого сына и всех ваших, однако различные неудачи окружили нас и не дали раскрыть глаза наши для утешения и облегчения сердечной боли нами любимых, и посему долгое время мы не смогли подать руку помощи». Далее католикос Гукас пожелал удачи Абову в управлении меликством: «Радость великая была сердцам нашим, что вместо особо любимых нами светлой памяти отца твоего и брата ты, родной им в Боге, наследовал их место. Господь да усилит, и сохранит, и благословит, изо дня в день взрастит и поднимет к славе славы»[231].

Преемник своего брата мелик Абов III был мудрым правителем и оставил светлый след в истории меликств Хамсы.

Пятого ноября 1784 г. шушинский Ибрагим-хан под благовидным предлогом пригласил к себе на совещание мелика Абова, а также мелика Меджлума из Джраберда, мелика Бахтама из Дизака и Гандзасарского католикоса Ованеса Асан-Джалаляна и, нарушив клятву, заточил их в крепости Шуши. В 1786 г. католикос был убит в тюрьме. Однако другие пленники недолго оставались в заключении. Военачальник мелика Меджлума Тюли-Арзуман с помощью Дали-Махраса (вардапета Авага) и шушинского ювелира Мелкума сокрушил двери темницы и освободил меликов (1787 г.).

Оставив свои владения, они отправились в Гандзак, затем в Тифлис. «Лишившись всего имущества, Мелик-Абов и Мелик-Меджлум жили в Тифлисе в бедности и горести. Царь Ираклий II обратил на них внимание и решил воспользоваться их храбростью»[232]. Однако они недолго оставались в Тифлисе и «вновь перебрались в Гандзак, где уже собралось около 500 семейств их подданных, чтобы жить по-прежнему под властью своих меликов»[233]. 24 сентября 1789 г. Овсеп Аргутян (Иосиф Аргутинский) в письме из далекого Кременчуга уведомляет священника Степана Тер-Арутюняна: «Наши милосердные мелики, бежавшие от хана Шуши – мелик Абов вместе с несколькими домами, – сидят в Гяндже»[234].

Сын гандзакского Шахверди-хана Джавад-хан размещает подданных обоих меликов в Шамхоре. Однако вскоре по какому-то незначительному поводу мелик Абов рассорился с меликом Меджлумом и вместе со своими подданными в начале 1790-х гг. переселился из гавара Гандзак в Болнис. Здесь мелик Абов не смог сосуществовать с местными грузинскими князьями, поэтому примирился с Ибрагим-ханом и в 1795 г. вернулся в Арцах. В конце 1796 г. он отправился в Гандзак к Джавад-хану, затем снова перебрался в Грузию.

Из-за начавшегося в Арцахе в 1797–1798 гг. голода и последующей эпидемии чумы «армянонаселенный Карабах почти полностью лишился населения, которое в поисках куска хлеба, оставив родину, бежало в Персию, Россию и Грузию»[235]. Подданные мелика Абова также переселились в Грузию[236]. Мелик Меджлум со своими подданными остался на территории Гандзакского ханства.

В Грузии армянское население приняли крайне плохо. Армянские мелики, убедившись в безысходности сложившейся ситуации, когда народ фактически был обречен на голодную смерть, решили вновь обратиться за помощью к властям Российской империи. С этой целью мелик Фрейдун Мелик-Бегларян и мелик Джумшуд Мелик-Шахназарян отправились в Санкт- Петербург, чтобы лично представить прошение императору Павлу I. По указу императора от 2 июня 1799 г. меликам были выделены владения, в частности: мелик Абов получил гавар Болнис, мелик Фрейдун – Агджакала и часть Борчалу, а оставшуюся часть Борчалу и Лори, по указу грузинского царя Георгия XII (1798–1800 гг.), получил мелик Джумшуд. Впоследствии, по мере увеличения числа подданных, мелики расширяли свои владения. В этот период «Сомхет превращается в маленький Карабах, в меликскую страну»[237]. Русский историк В. Иваненко отмечает, что уже в конце XVIII и начале XIX вв. значительную часть населения Грузии составляли армяне и там поселялись осколки древнего армянского царства[238].

Своим указом грузинский царь Георгий XII присвоил мелику Абову должность караван-баши – ответственного за беопасное прохождение торговых караванов. В указе читаем: «Сим повелеваем, что мелик Абов пожалован от нас караван-башием над караванами из областей наших за солью ездящими, коему и отправлять сию должность. Сердарю, минбашам и князьям и дворянам да будет известно, что он мелик Абов учрежден от нас караван-башием и его отныне будет долгом препровождать благополучно приезжающие и отъезжающие караваны, другим же до сей должности никакого дела не иметь, что и повелеваем всем, до кого сие принадлежать будет»[239].

Однако постепенно отношения мелика Абова с грузинской знатью обострились. В 1808 г. на одном из пиров в Тифлисе он был отравлен вместе со своим секретарем Мирзой Исабахшем. Тело мелика Абова было перевезено в Орек и похоронено в родовой усыпальнице Мелик-Бегларянов.

У мелика Абова III было три сына – Ростом-бек, Саи-бек (Есаи), которого умышленно ослепил врач Мехти-Кули-хана, и Манас-бек. Ростом-бек выделялся среди братьев своей храбростью. В неравном бою против восьмитысячного отряда под командованием персидского военачальника Пир-Кули-хана близ села Курсали в Памбаке он был тяжело ранен, взят в плен и отправлен в Тавриз, где в 1805 г. ему отрубили голову по приказу наследника престола Аббаса-Мирзы[240]. Вот что пишет о подвиге Ростом-бека Нерсес Аштаракеци в письме от 23 октября 1814 г., направленном Овакиму Лазаряну: «Услышишь от нас и от всех бывших здесь и о почившем мелике Ростоме, сыне мелика Абова, который в бытность Цицианова в Ереване впал в крайнее сомнение по причине нехватки пороха и ядер. Храбрый тот Ростом, по словам графа Пушкина, через более чем 60-тысячное персидское войско, окружившее все пограничные проходы, доставил в Ереван князю Цицианову порох и пули в сотнях мешков. Во время возвращения по его же поручению с майором Мунтризором попал в плен и умер в оковах в Тавризе»[241].

Преемником мелика Абова стал старший сын его брата мелика Беглара II мелик Фрейдун (1768–1808), чье меликство продлилось недолго. 6 февраля 1808 г. во время ссоры брат Сам убил его ударом кинжала. Эпитафия на надгробии повествует:

«Сие есть надгробие мелика Фридона,
Наследника мелика Бегларяна.
Неизъяснима для людей причина смерти,
Поскольку подобные редко встречаются.
Не по указанию Бога и не по своей воле
Я оставил сей мир в сорок лет
6 февраля в год Спасителя 1808»[242].

«После этого трагического инцидента братоубийцу возненавидел весь род, и он не достиг желаемого»[243]. В своем донесении Александру I от 7 сентября 1824 г. относительно конфликта, возникшего между членами рода Мелик-Бегларянов, главнокомандующий на Кавказе А. П. Ермолов пишет, что после убийства брата Сам «скрылся в Персию, где и умер, не достигши цели своей (т. е. меликства – А. М.)». Из того же документа узнаем, что Сам-бек имел дочь Солты и сына по имени Ной[244]. Жену Сама звали Шушан[245].

В этом донесении уточняется, что другой брат мелика Фрейдуна Багир оставил после себя пятерых детей: Абова, Александра, Катевана, Амарнана (Мариам) и Софию[246].

Преемником мелика Фрейдуна стал сын покойного мелика Абова III Манас-бек.

Мелик Фрейдун оставил шестерых сыновей: мелика Овсепа, Шамирхана (1790–1850), Давида (1795–1884), который переехал в Индию, Талиша, Теймураза (1803–1878) и Беглара. Здесь считаем нужным вкратце представить известные нам сведения о сыновьях мелика Фрейдуна.

Шамирхан Мелик-Бегларян был заложником у Ибрагим-хана и выучил персидский. Впоследствии в качестве переводчика он служил в дипломатической канцелярии Кавказского главнокомандующего. В 1817 г. принимал участие в миссии А. Ермолова в Тегеран[247], а с 1819 г. был переводчиком русского посла С. Мазаревича в Тегеране. Об этом пишет и Нерсес Аштаракеци 25 января 1819 г. в письме, направленном из Тифлиса Католикосу всех армян Ефрему: «Его высокоблагородие Симон Иванович Мазаревич, русский посол при дворе персидской державы, отправился в путь вместе со своими двумья братьями и с Шамирбеком Мелик-Фридоняном, которого назначили ему в переводчики с целью достижения места назначения и выполнения своих обязанностей»[248].

Ряд документов, хранящихся в Матенадаране, свидетельствует, что Нерсес Аштаракеци поддерживал тесную связь с Шамирханом Мелик-Бегларяном[249]. Сохранилось также прошение генерала А. Ермолова от 15 января 1827 г., направленное начальнику Главного штаба генералу И. Дибичу, о присвоении Шамирхану звания капитана[250]. Впоследствии ему было присвоено также звание полковника, о чем свидетельствует надпись, высеченная на его надгробном камне возле монастыря Орек:

«Полковник Шамирхан Фридонов Мелик-Бегларян из рода меликов, владетелей Гюлистана, взошел к всевышнему 30 августа 1850 г. в шестидесятилетнем возрасте»[251].

Его жена Нуне (1800–1878) была из княжеского рода Туманянов[252], о чем свидетельствует надпись на ее могиле, расположенной рядом с могилой мужа:

«Супруга полковника Шамирхана – Нуне Манучаровна Мелик-Бегларян из княжеского рода Туманянов, скончалась 26-го июля 1878 г. в возрасте 78 лет».

Звание полковника имел также и брат Шамирхана Теймураз, о чем свидетельствует надпись на его могильном камне, находящемся на том же кладбище: «Полковник Теймураз Фридонов Мелик-Бегларян, из дворянского рода владетелей Гюлистана, отошел к Господу 18-го марта 1878 г. в возрасте 75 лет».

Жена Теймураза Елизабет скончалась в 1851 г. в тридцатилетнем возрасте. Надпись ее надгробия гласит:

«Супруга полковника Теймураза ага Елизабет Арутюновна Мелик-Бегларян, скончалась 30-го декабря 1851 г. в тридцатилетнем возрасте».

На том же кладбище покоится и их сын Саргис. На его могильном камне высечено:

«Саргис Теймуразов Мелик-Бегларян. 1846–1905».

Младший сын мелика Фрейдуна Беглар-бек, согласно сохранившимся в Гюлистане лапидарным надписям, в свою очередь имел троих сыновей: Джумшуд-бека (1831–1866), Фридона (1856–1878) и Григора. Имена двух первых известны из надгробных надписей[253], находящихся на гюлистанском кладбище, а имя Григора встречается на памятнике, сооруженном на пути из Хрхапора в Гюлистан: «Первого мая 1890 г. дорогу проложил Григор Мелик-Бегларян в память о своем отце Бегларе Фридонове Мелик-Бегларяне. Уважающий сия память пусть в дальнейшем обновит эту запись»[254].

Здесь нет необходимости обращаться к индийской ветви Мелик-Бегларянов, поскольку истории этой ветви мы посвятили отдельную статью[255].

***

Возвращаясь к основному материалу, отметим, что роль меликов в Грузии существенно упала особенно после смерти царя Георгия XII (28 декабря 1800 г.) и присоединения Грузии к России. Поэтому Мелик-Бегларяны и их подданные начали возвращаться в Арцах. Немногие, оставшиеся в районе Болнис-Борчалу, покинули Грузию в 1812 г. и переселились в родные края в Карабахе, а также в районы Казаха и Шамшадина.

Некоторые из Мелик-Бегларянов еще оставались в Грузии, в основанных в эти годы деревнях Дагет-Хачен и Болнис-Хачен. О переселении арцахских армян и основании этих деревень грузинский исследователь Варлам Гонгадзе пишет: «По просьбе армянского архиепископа Аргутяна и при его посредничестве царь Ираклий II позволил переселиться в Грузию жителям меликств Гюлистан и Хачен. После этого в 1797 г. 400 армянских семей из Гюлистана поселились в селе Шадид бывшей Борчалинской области, а через два года 68 семей из Хачена поселились в селе Джабарлы теперешней области Болнис. Через семь лет 43 семьи из этих 68 переселились в Дагет-Хачен. Оставшиеся 25 основали село Болнис-Хачен»[256]. И сегодня в этих селах можно встретить потомков рода Мелик-Бегларянов.

Вернувшиеся на родину из Грузии Мелик-Бегларяны снова взяли во владение свои деревни, Гюлистан «был разделен между наследниками Мелик-Абова и Мелик-Фридона, которые на русский манер взяли себе фамилии от имен дедов: внуки Мелик-Овсепа стали называться Мелик-Овсепянами, внуки Мелик-Беглара – Мелик-Бегларянами. Среди первых старшим считался Манас-бек, среди вторых – сын Мелик-Фридона Мелик-Овсеп»[257]. До второй половины XIX в. Мелик-Бегларянам принадлежало в Гюлистане 15 сел, а Мелик-Овсепянам – 3.

Манас-бек погиб при нападении турок на село Зейва в конце 1817 или начале 1818 г. В письме из собрания Матенадарана от 23 февраля 1818 г., адресованном Нерсесу Аштаракеци от архиепископа Саркиса Асан-Джалаляна, читаем: «Послание вашей святости, написанное 1 июня для покойного Мелик-Абовяна Манас-бека, дошло до нас пятого февраля из рук одного простого джрабердского мужа». Это же письмо позволяет приблизительно установить год рождения Манас-бека. «Когда в 1238 г. армянского летосчисления (1789 г.) мы из сего места пошли в Гандзак относительно венчания, там узнали от видных вельмож и именитых князей и от самого мелика Абова, что он до нашего прибытия в Гандзак уже был обвенчен священником в Килисакенде, и после венчания родился Манас-бек»[258].

Манас-бек, согласно известным нам сведениям, имел двух сыновей – Абова и Согомона. Имя первого упоминается в одном неподписанном ходатайстве, датированном 24 апрелем 1852 г., в котором автор просит некоего Иосифа Ивановича устроить Абова в Нухи на должность государственного служащего[259].

Победа России в русско-иранской войне 1826–1828 гг. ознаменовала конец долгого периода власти меликов. Представители армянских меликских династий поступили на российскую службу как потомственные дворяне.

Мелики, в том числе старший сын мелика Фрейдуна мелик Овсеп II, продолжали править в своих областях в качестве помещиков-землевладельцев (наибов магала). Мелик Овсеп скончался 20 января 1843 г. и был похоронен в родовой усыпальнице Мелик-Бегларянов. Надпись на его могильном камне гласит:

«Сие есть надгробие мелика Овсепа,
Сына мелика Фридона,
Мирского владетеля,
Великого князя Карабаха.
Он был великим князем и славным силой,
Всему народу нашему много послужил.
Деятельный труженик
В нашем суетном преходящем мире.
20 января 1843 года»[260].

Ему наследовал старший сын – великий парон Фридон (Беюк ага). «Будучи бабником, он был убит неким Арутюном Григоряном, который совершил это для спасения своей жены из его сетей»[261].

Мелик Овсеп имел также сына по имени Согомон. На его надгробии, сохранившемся в Талише, высечено:

«Здесь покоится Соломон-бек Мелик-Бегларян, сын Мелик-Овсепа и внук Мелик-Фридона»[262].

Великому парону Фридону II наследовал его сын Овсеп-бек, который жил в селе Карачинар.

Из рода Мелик-Бегларянов прославился также Давид-бек из Талиша, член партии Дашнакцутюн, чей конный отряд участвовал в армяно-татарских столкновениях в Гандзаке в 1905 году[263].

Наследники и потомки Мелик-Бегларянов и сегодня продолжают самоотверженно служить своей родине.

Артак МАГАЛЯН
кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории НАН РА и Матенадарана им. Маштоца.

Источник: Арцахские меликства и меликские дома в XVII–XIX вв./А. В. Магалян. – Ереван: 2012

Продолжение

Ссылки:
[209] Об этом роде см.: Шахазиз Е., Старый Ереван, с. 85-89; Hewsen R., The House of Aghamaleanc Meliks of Erevan, «Базмавеп», 1984, № 3–4, с. 319-334; см. также Музей истории города Еревана (МИГЕ), док. № 12411, Ферман шаха Мозаффар-эд-Дина от мая месяца 1900 г. о награждении градоначальника Еревана И. Мелик-Агамаляна орденом «Льва и Солнца» II степени.
[210] Гулян А., Дворцы меликов Арцаха и Сюника, с. 50.
[211] Раффи, указ. соч., с. 420.
[212] Там же.
[213] Раффи в своем труде «Меликства Хамсы» пишет, что Черный Абов переселился в Арцах «в начале XVI в.» (см.: Раффи, указ. соч., с. 420), однако, по нашему мнению, здесь имеется хронологическая ошибка и более верна точка зрения этнографа Е. Лалаяна, согласно которой Черный Абов обосновался в Гюлистане «в конце XVI в.» (см.: Лалаян Е., Труды, т. 2, с. 209).
[214] Лалаян Е., указ. соч., с. 210.
[215] Каграманян К., Материалы по истории Гюлистанского меликства, «ВОН», 1979, № 12, с. 112 (на арм. яз.).
[216] Армяно-русские отношения в первой трети XVIII в., т. II, ч. II, с. 235, 251.
[217] Там же, с. 287.
[218] Матенадаран, рук. № 7816, с. 20б.
[219] Лалаян Е., указ. соч., с. 214.
[220] Новая тетрадь, называемая увещеванием, с. 103.
[221] Раффи, указ. соч., с. 469-470.
[222] Матенадаран, Католикосский архив, пап. 258, док. 28; копию см.: архив Ал. Ерицяна, пап. 156, док. 230.
[223] Матенадаран, архив Ал. Ерицяна, пап. 156, док. 231, копия.
[224] Архив истории Армении. Новая серия, кн. I, Гукас Карнеци, т. I. Подготовка текста В. Григоряна, Ереван, 1984, с. 174 (на арм. яз.).
[225] Там же, с. 174-175.
[226] Матенадаран, рук. № 1488, с. 218а.
[227] Архив армянской истории, кн. III, Тифлис, 1894, с. 535 (на арм. яз.).
[228] Иоаннисян А. Р., Россия и армянское освободительное движение в 80-х годах XVIII столетия, Ереван, 1990, с. 59.
[229] Армяно-русские отношения в XVIII в., т. IV, с. 179-184.
[230] АКАК, т. VI, ч. I. Тифлис, 1874, док. 1320, с. 863; Присоединение Восточ- ной Армении к России. Сборник документов, т. II, Ереван, 1978, с. 179.
[231] НАА, ф. 57, оп. 3, д. 1, л. 95б-96.
[232] Лео, Собрание сочинений, т. 3, кн. 2, с. 365.
[233] Магалян В., Дагет-Хачен, Ереван, 1999, с. 64 (на арм. яз.).
[234] Матенадаран, Католикосский архив, пап. 257в, док. 183.
[235] Ерзнкянц Р., Родословие почетного рода Ервандянц в Санаине, Тифлис, 1896, с. 8 (на арм. яз.).
[236] В голодные годы среди оставшихся в Гюлистане был и Мирук Мегри – прадед Шаена Мегряна (см.: Каграманян К., Книга очага. Реликвии, Ереван, 2002, с. 128, на арм. яз.).
[237] Лео, Собрание сочинений, т. 4, с. 30.
[238] Иваненко В., Гражданское управление Закавказьем, Тифлис, 1901, с. 29.
[239] Присоединение Восточной Армении к России, Сборник документов, т. I, Ереван, 1972, с. 80.
[240] Ерицов А., Карабагские мелики в Грузии с 1800 по 1808 гг., «Кавказская старина», 1872, № 2, с. 38; его же, Участие армян в становлении российского владычества в Закавказье, «Пордз», 1877/78, № 2, с. 395 (на арм. яз.).
[241] Матенадаран, архив Нерсеса Аштаракеци, пап. 164а, док. 110.
[242] Лалаян Е., указ. соч., с. 254.
[243] Раффи, указ. соч., с. 548.
[244] АКАК, т. VI, ч. I, док. 1320, с. 863-864.
[245] Документальные материалы из истории Армянской церкви, кн. 9, Арцахская епархия Армянской Апостольской церкви (1813–1933 гг.), Ереван, 2001, с. 157 (на арм. яз.).
[246] АКАК, т. VI, ч. I, док. 1320, с. 864.
[247] О посольстве А. П. Ермолова см.: Акопян О., Путевые заметки, т. VI, Ереван, 1934, с. 499-612 (на арм. яз.); или Kotzebue, Moritz von, Narative of a Journey into Persia, in the suite of the Imperial Russian Embassy, in the Year 1817, London, 1819; Берже А., Посольство А. П. Ермолова в Персию (исторический очерк), СПб., 1877; Соколов А., Дневные записки о путешествии российско-императорского посольства в Персию, М., 1910; Нерсисян М., Записки декабриста Е. Е. Лачинова о путешествии А. П. Ермолова в Иран в 1817 г., «ИФЖ», 1967, № 1, с. 105-116; Потто В., Кавказская война, т. 2. Ермоловское время, М., 2007, с. 28-46.
[248] Матенадаран, архив Нерсеса Аштаракеци, пап. 164б, док. 1302.
[249] Там же, пап. 165, док. 367, 525, 870, пап. 166, док. 44; см. также: Католикос- ский архив, пап. 48, док. 200; архив Лазарянов, пап. 105, д. 13, док. 174. Примечательно, что в док. № 870 Н. Аштаракеци пишет Шамирхану об утверждении помещичьих прав Мелик-Бегларянов, о своих стараниях перед правительством в этом вопросе и о готовности далее продолжить это дело.
[250] РГВИА, ф. 395, оп. 132, дело № 244, л. 1.
[251] Каграманян К., Книга очага. Реликвии, с. 65 (несколько последующих лапидарных надписей тоже брали из этого труда).
[252] Кстати, Ш. Мелик-Бегларян заочно был помолвлен с дочерью дворянина Мирзы Абраама Ениколопяна Катериной, но впоследствии, по причине «своего преклонного возраста и младости дочери Ениколопова», отказался венчаться с ней, женился на дочери князя Манучара Туманяна (см.: Матенадаран, Католикосский архив, пап. 39, док. 304, так же пап. 36, док. 19).
[253] Каграманян К., указ. соч., с. 70.
[254] Бархутарянц М., Страна Алуанк и соседи, Арцах, с. 286.
[255] Магалян А., Индийская ветвь владык арцахского гавара Гюлистан Мелик- Бегларянов, «Андес амсореа», Вена – Ереван, 2004, № 1–12, с. 475-492 (на арм. яз.). Здесь только отметим, что старший сын Давида Овсеп Мелик-Бегларян (1845–1907) в 1892 г. основал в Калькутте англоязычный литературный, историко-политический журнал «Ara». Этот журнал стал светлой страницей в культурной жизни индийских армян, переживавшей упадок. В 1895 г. из-за недостатка средств издание журнала прервалось. Из исследования собрания этого журнала, хранящегося в Матенадаране, выяснилось, что периодика под названием «Ara» A Monthly Journal of Literature and of Armenian Politics and History с августа 1892 г. по август 1893 г. издавалась в Калькутте, с сентября 1893 г. по январь 1895 г. в Дакке, а последний, февральский номер, в 1895 г. опять был издан в Калькутте.
[256] Гонгадзе В., Тетри-Цкаро, Тбилиси, 1959, с. 39 (на груз. яз.).
[257] Лалаян Е., указ. соч., с. 240.
[258] Матенадаран, архив Нерсеса Аштаракеци, пап. 164а, док. 432.
[259] Матенадаран, Католикосский архив, пап. 167, док. 486.
[260] Лалаян Е., указ. соч., с. 254.
[261] Там же, с. 241.
[262] Каграманян К., указ. соч., с. 84.
[263] Варандян М., История армянской революционной партии Дашнакцутюн, Ереван, 1992, с. 348 (на арм. яз.).

Top