• Ср. Фев 28th, 2024

АРФ Дашнакцутюн и младотурки – между скепсисом и надеждами

Авг 13, 2023

ДНИ В ИСТОРИИ

Младотурки и армяне – вместе в оппозиции режиму Абдул-Гамида II  (1895-1908)
Младотурки и армянские активисты в Европе в 1895-1901 годах

«Наша среда online» завершает публиковать страницы книги Раймона Кеворкяна «Геноцид армян. Полная история», касающиеся взаимодействия армян и младотурок.  

В части II “Младотурки и армяне проходят испытания властью” (1908-1912) Раймон Кеворкян ещё раз артикулирует: между младотурками и армянскими активистами нет настоящего доверия. К тому же и  у армян, и у турок есть радикальное крыло. Армяне были более образованными, организованными.  Они считали себя “чемпионами” в борьбе с режимом Абдул-Гамида II, младотурки шли на половинчатые меры, зачастую сотрудничали с султаном и принимали в Европе его высокопоставленных эмиссаров. Активисты СДПГ (социал-демократической партии “Гнчак”), как пишет их лидер Степан Сапах-Гулян, часто хвастались, что воодушевили турок к активности. “Что касается революции, – писал официальный орган партии Гнчак, – то армянский народ стал учителем турецкого народа” (С. Сапах-Гулян “Конституционная Турция и армянский вопрос”, “Гнчак”, № 6-7, июнь-июль, 1908 г. )

Разумеется, это не могло не раздражать турок, которые ещё чувствовали давление со стороны европейских держав.

Раймон Кеворкян пишет о том, что июльская революция 1908 года была, в основном, “балканской”, то есть принесла незначительные результаты провинциям Малой Азии. Комитет “Единение и прогресс” (КЕП) стремился распространить своё влияние по всей империи , расценивал такое положение как серьёзную проблему, поэтому одной из первых принятых мер КЕП стала отправка своих делегатов в Малую Азию, чтобы разъяснить суть своего политического проекта и создавать клубы младотурок на местах. Для более успешного продвижения, разрушения прежних клановых отношений КЕП пришлось почистить свои ряды и поставить во главе местных отделений партии молодых офицеров. Эти проекты дали Иттихаду случай проверить прочность своего альянса с АРФ.

Какой реальной силой обладала АРФ в восточных провинциях? Согласно историкам партии, она внедрилась прежде всего в районы с явным армянским большинством населения, такие, как регионы вблизи Вана, к югу от озера Ван, вблизи Сасуна, долины Муш и районы Дерсима и Эрзинджана. Однако часто её присутствие было чисто символическим и сводилось к нескольким десяткам активистов, чьи взаимоотношения с армянским крестьянством были, по меньшей мере, двусмысленными. Жители деревень гордились своими героями – бойцами сопротивления, которые противостояли превосходящим силам врага. В то же время они сознавали, что им самим, как объектам возмездия со стороны государства, приходится платить высокую цену за каждую предпринятую фидайи операцию. Отношение населения разделилось – одни считали самозащиту необходимой даже в случае ответных репрессий, другие считали присутствие бойцов тяжёлым бременем и возлагали на них ответственность за все свои несчастья.

Лидеры дашнаков, находившиеся на нелегальном положении всё то долгое время, когда они представляли единственную силу сопротивления режиму Абдул-Гамида, теперь вышли из подполья. В Ване Ваан Папазян (1876-1973, более известный под своим псевдонимом Комс, врач, депутат османского парламента из Вана с 1908 г.) и его люди находились в своём горном убежище, когда получили подтверждение новости о том, что конституционалисты одержали победу. Один из местных лидеров АРФ Арам Манукян, только что освобождённый из тюрьмы, пригласила д-ра Папазяна присоединиться к нему в Ване, чтобы отпраздновать восстановление конституции. Ещё вчера преследуемые османскими войсками фидайи с трудом могли поверить в реальность нового положения вещей: до 31 августа они не возвращались в Ван. Папазяна и Манукяна пригласили в конак (администрацию), где вали принял их с почётом: “Мы были противниками, но с этого момента мы – друзья. Вчера царствовала тирания, сегодня – конституция. Я убеждён, что мы защитим её вместе”, – заявил вчерашний враг ошеломлённым армянским лидерам.

В Муше местный военный руководитель АРФ Рубен Тер-Минасян точно так же был удивлён новостями – прошло некоторое время, прежде чем он убедился, что это все же не ловушка, подстроенная хамидовским режимом.

Добравшись до центра Муша, Рубен был поражён официальным приёмом с оркестром, который был оказан ему губернатором Салих-пашой перед зданием конака. Не менее девяти подразделений промаршировали перед армянскими фидайи, которые взирали на них со смешанным чувством. Из знати в Муше особенно Ходжа Илиаз, вождь курдского племени, проявлял враждебность к армянам и очень неохотно принимал участие в полном энтузиазма приёме фидайи. Как вспоминал Рубен, мать Илиаза была армянкой и говорила на диалекте армянского языка, но он сам был “фанатиком”. В 1915 году этот депутат парламента стал основным организатором истребления армянского населения в долине Муша: собственными руками убил своего единокровного брата Степана Сулухи.

Схожие церемонии происходили и в других местах. В Смирне местные представители АРФ Грач Тириакян и Арутюн Калфаян слушали, как доктор Назим, который находился в городе уже с декабря 1907 г., говорил о “нерасторжимых узах”, связывающих армян и турок.

Однако дашнакские боевики из Диарбекира были настороже, “отказываясь раскрывать, несмотря на заверения будущего депутата, ни свою организационную структуру, ни тех, кто снабжал их оружием” (Минасян Р. “Воспоминания”).  Эти боевики стали свидетелями того, как на местной сцене вновь появились бывшие преследователи армян – Ариф и Фейзи-бей, недавно присоединившиеся к делу Иттихада.

Приведённый выше ряд примеров производит общее впечатление того, что полевые боевики отнеслись к новому режиму со скепсисом и подозрением, в отличие от тех лидеров, которые недавно вернулись из ссылки и обосновались в столице.

Показательный эпизод говорит о многом в отношениях между АРФ и КЕП. В начале августа 1908 г. Омер Наджи-бей, член ЦК КЕП, отвечавший за инспекцию местных подразделений, прибыл в Ван вместе с иранским конституционалистом Мирзой Саидом и двумя дашнакскими боевиками из Ирана – Марзпетом  (под этим псевдонимом выступал Газарос Газаросян, 1878-1919, учитель. выпускник Лейпцигского университета) и Себастаци Мурадом. В городе выяснилось, что Наджи принимает все решения по советам Джевдет-бея, сына бывшего вали вана Таир-паши. Папазян и другие видные местные партийные лидеры были приглашены на банкет, который вали давал в честь Наджи. Разговор перешёл на местные проблемы, в частности, на замену государственных служащих, которые проводили репрессивную политику Абдул-Гамида. Младотурецкий пропагандист шутливым тоном заявил армянам: “Мы, турки, сильно отстаём от европейской цивилизации, а вы добились существенного прогресса. Если нам действительно необходимо двигаться вперёд вместе и вместе жить, как братья, вам нужно ненадолго остановиться и подождать, пока мы вас догоним. Если вы этого не сделаете, нам придётся уцепиться за ваш подол, чтобы вы не убежали вперёд”.

Несмотря на сомнения и задние мысли, два движения сотрудничали. Они нуждались друг в друге: КЕП нуждался в АРФ, чтобы пустить корни на местах, в то время как последняя нуждалась в КЕП, чтобы иметь возможность играть политическую роль в делах вилайетов.

Подготовила Валерия Олюнина

Источник: Раймон  Кеворкян «Геноцид армян. Полная история»/ Центр арменоведческих исследований «АНИВ» «Яуза-Каталог» М., 2016.

Иллюстрация: Греческая литография, посвящённая младотурецкой революции 1908 года и восстановлению конституционного строя в Османской империи – wikimedia. org

Top