«Наша Среда online» — Сегодня можно с уверенностью утверждать, что разработка плана геноцида палестинцев началась задолго до 1950-х годов.
Седьмой выпуск Книжной серии ДИАЛОГ (учредитель Юрий Навоян, книга издана при содействии мецената Мгера Аветисяна) представил научную монографию академика Рубена Сафрастяна «Османская империя: программы геноцида». Академик Национальной Академии Наук Армении, профессор, доктор исторических наук Рубен Арамович Сафрастян – специалист в области истории и политики Османской империи и республиканской Турции, автор около двух сотен научных публикаций, переведенных на многие языки, победитель ряда престижных международных научных конкурсов и член руководящих советов международных научных центров и журналов.
В данной книге автор вводит в оборот новые термины в области геноцидоведения. Так, например, он подробно описывает собственную концепцию предгеноцидальной ситуации, детально исследовав две важных составляющих концепции геноцида – роли государства и признака преднамеренности. Он приводит мнения различных ученых об определяющей роли государства в подготовке и осуществлении геноцида, при этом пишет, что из работ в этой области особого внимания заслуживает статья Ю. Барсегова «Ответственность государства за геноцид в международном праве и в международной политике». Он подчеркивает, что только И. Горовиц и Л. Купер попытались сделать шаги в направлении теоретического обоснования этой проблемы. Горовиц первым ввел в научный оборот понятия «Геноцидальное государство» (genocidal state» и «геноцидальное общество» (genocidal society).
Теперь мы обратимся к статье «Зеев Жаботинский и некоторые вопросы возрождения иврита». Автор — Татьяна Токаренко, преподаватель иврита Еврейского университета в Москве.
На первый взгляд, кажется, что статья посвящена чисто лингвистическим аспектам. Хотя автор верно указывает, что прежде всего Жаботинский известен как политический деятель, основатель ревизионистского направления сионизма, а не как практик и теоретик иврита и один из возродителей языка, в своей политической и научной работе он отводил важную роль ивриту. Недостатком возрождающегося языка Жаботинский считал монотонность речи, что является, по его мнению, прямым следствием сефардского акцента, который усилился с возрождением иврита в Палестине при участии Э.Бен-Иегуды и его соратников, а позже стал доминирующим. Жаботинский так объяснял это: «У нашего языка есть фонетические недостатки, и самый большой из них – склонность к «монотонности». Это не чувствуется в ашкеназском произношении, но сефардский акцент, благодаря ударению на последний слог, с особой силой выделяет избыток звука «а» и окончаний множественного числа».
Проблема произношения начала волновать Жаботинского со времени его первого визита в Палестину в 1908 году. Тогда он наблюдал за развитием естественной речи у детей, которые бойко говорят на иврите с сефардским акцентом. На основе своих записей, пометок и бесед с еврейскими преподавателями и филологами в Палестине, тщательно изучив все варианты произношения, Жаботинский выдвинул свою концепцию правильного ивритского произношения.
Корректировка сефардского влияния на сионизм носила не только фонетический характер. Нужно было, чтобы победил «западный вектор». Прежде всего, Жаботинский отверг позицию, занятую возродителями иврита в Палестине (Бен-Иехудой и его сторонниками), согласно которой следует стремиться приближать разговорный иврит к арабскому, потому что это родственные языки. По мнению Жаботинского, следовало возрождать иврит, сближая его с европейскими языками, главным образом, с языками Средиземноморья, в регионе которого располагается Палестина. Ученый считал, что евреи в большей степени европейцы, нежели азиаты. Эти мысли он изложил в статье «Восток»: «У нас, евреев, нет ничего общего с тем, что называется «восток»… Есть специалисты, полагающие, что нужно приблизить наше произношение к арабскому. Это ошибка. И иврит, и арабский – семитские языки, но это не значит, что наши отцы говорили «с арабским акцентом».
Жаботинский утверждал, что даже в древности между арабским и ивритом не было тесной связи, а пути их развития очень различаются, что обусловлено многими обстоятельствами. «Во времена расцвета нашего древнего языка еврейский народ практически не имел никаких контактов с арабами. В Библии едва ли встретим слово «арабский». Язык арабов развивался в природных и климатических условиях, отличающихся от условий Эрец Исраэль. Посреди огромных просторов, а не в тесноте крохотной страны, на равнине, а не в горах, в пустыне, а не среди садов и лесов, которыми была так богата наша земля, в зной, а не в прохладном Иерусалиме, в уединении, а не на перекрёстке всех дорог из Египта в Ассирию. Эти обстоятельства приближают нас не к арабам и их акценту, а к народам Средиземноморья и к их языкам».
Следует отметить, что подавляющее большинство лингвистов и преподавателей иврита выступали против этой концепции, но они приняли многие практические предложения Жаботинского относительно правильного произношения.
Т.А. Токаренко далее цитирует идеи Жаботинского по проблеме правильного произношения, изложенные им в статье «Ивритское произношение» (Тель-Авив, 1930 год). В ней он проанализировал все варианты и предложил тот, который, по его мнению, является правильным. «Без всякого стыда признаюсь, что «вкусы», положенные в основу предлагаемой здесь системы, — вкусы европейские, а не восточные. В моей системе есть выраженная тенденция избавиться от звуков, чуждых европейскому горлу и европейскому уху, стремление максимально приблизить фонетику иврита к европейским «стандартам», к европейскому пониманию «благозвучности».
Идея Жаботинского о том, что современный иврит с точки зрения произношения должен быть похож на языки стран Средиземноморья, а не на арабский, имела как сторонников, так и противников. Некоторые члены Комитета языка иврит, среди которых был Й. Клаузнер, поддержали такой подход. Другие были против, так, например, Д. Елин утверждал, что гортанные буквы в иврите доказывают его близость к арабскому, а сравнение произношения этих букв с буквами европейских языков, как это делал Жаботинский, является, по его мнению, первого, заблуждением.
Автор исследования указывает на недостаточность литературы на иврите. Сам он перевел произведения классиков европейской и американской литературы (Данте, Гете, Ростана, По).
Как мы видим, с 1908 года идеолог сионизма Жаботинский работал на уничтожение органики Палестины и гармоничного проживания евреев и арабов. Исследователь Александр Крюков, заведующий кафедрой иврита Еврейского университета в Москве, в статье (опубликована в этом же сборнике) «Об исторических корнях современного ивритского сленга» писал: «Вообще арабский язык был языком повседневного общения для многих евреев Палестины как в период принадлежности данной территории Османской империи, так и в последующие тридцать лет британского мандата, вплоть до провозглашения независимости Израиля в 1948 году».
Время покажет, что вторая и третья волны Алии будут дискредитировать евреев ишува, называя их «деревенщиной». Также оно покажет, что общность новых израильтян с европейскими народами – всего лишь фон для уничтожения не только палестинцев, но и парадоксальным образом европейского еврейства, на спасение которого сионисты не потратили ни шекеля.
Кстати, с радикальными арабами сионисты общий язык сегодня как раз находят.
Источники:
- Сафрастян Р. А. Программы геноцида Седьмой выпуск Книжной серии ДИАЛОГ.
- Токаренко Т.А. Зеев Жаботинский и некоторые вопросы возрождения иврита. Язык и иврит: исследование и преподавание. Библиотека преподавателя и студента. Выпуск 6. Издательство «Пробел-2000» Москва, 2002