«Наша Среда online» — В эти дни армянский народ вспоминает один из памятных эпизодов своей истории – Сардарапатское сражение 1918 года между армянскими и турецкими регулярными войсками. Началось оно 22 мая, продлилось пять дней и закончилось разгромом врага и отступлением турецких войск, потерявших около трех тысяч пятисот человек.
Сардарапат продолжил многовековую череду судьбоносных народных битв в освободительных войнах, начиная с 451 года, когда произошло Аварайрское сражение под предводительством Вардана Мамиконяна. В этом ряду – Алидзорская битва 1727 года, связанная со славными именами Давид-Бека и Мхитара Спарапета, Ошаканская в августе 1827 года, когда малочисленный армянский отряд добровольцев и русское войско под предводительством генерала Афанасия Ивановича Красовского разбили 30-тысячную персидскую орду Аббаса-Мирзы.
После Октябрьской революции 1917 года в Закавказье сложилась сложная ситуация. Меньшевистские правительства Армении, Грузии и Азербайджана заняли враждебную позицию по отношению к Советской России и образовали так называемый Закавказский сейм. Он просуществовал недолго. 22 апреля 1918 года было объявлено о его распаде и установления независимости закавказских республик.
Воспользовавшись этим, в Армению не встречая сопротивления вторглась турецкая армия в составе пяти дивизий общей численностью 30 тысяч человек. 15 мая турки вошли в Александраполь (ныне Гюмри). Дивизия ”Гелиболу” подошла к железнодорожной станции Сардарапат и захватила окраины, предполагая дальнейшее наступление по железной дороге в сторону Еревана.
Противостоять продвижению в этом направлении предстояло подразделениям под руководством генерала Мовсеса Силикяна, который был, по мнению одного из участников сражения – двадцатилетнего юноши, будущего Маршала Советского Союза Ивана Христофоровича Баграмян, ”наиболее одарённым военачальником из всех армянских генералов того времени”. Накануне решающей битвы он обратился с воззванием к народу: ”Армяне! Пробил час, когда каждый армянин, забыв свое личное во имя великого дела … должен приложить последнее усилие и ударить по врагу… Спешите освободить родину… Нельзя терять ни минуты. Все мужчины в возрасте до 50 лет обязаны взять в руки оружие: я требую, чтобы все пришли с оружием и боеприпасами для защиты родины”.
Призыв военачальника был услышан, к регулярным войскам присоединилось народное ополчение. Мирные жители приносили оружие, продовольствие, обмундирование.
После ожесточенных боев турки были отброшены. ”Они отступали, бросая все, включая боеприпасы, продовольствие, раненых и убитых”…
В своих воспоминаниях о Сардарапатской битве Маршал Баграмян писал: ”В ходе борьбы с турками, пытавшимися огнем и мечом пройтись по всей Восточной Армении, был проявлен массовый героизм, образцы выполнения воинского долга и несгибаемой стойкости. В свою очередь, эти подлинно самоотверженные действия войск и ополченцев во имя Родины, принесшие долгожданный боевой успех, повсеместно вызвали у армянского народа не только чувства искренней радости и патриотической гордости за свои войска и народное ополчение, но и прилив сил, горячее стремление раз и навсегда изгнать обнаглевших захватчиков из пределов Отчизны”.
Сардарапатская битва сыграла решающую роль в развитии дальнейших событий. Турецкая сторона отступила и пошла на переговоры. Стабильность в регионе была восстановлена и создала предпосылки для создания вскоре независимого армянского государства…
В последние десятилетия название Сардарапат связано также с именем выдающегося зодчего Рафо Исраеляна, народного архитектора СССР, заслуженного деятеля искусств Армянской ССР. Его творчество – яркая страница в армянской архитектуре прошлого века. Творения мастера узнаваемы с первого взгляда – в них мы видим удивительное сочетание монументальности, национальных традиций и народных художественных мотивов.
Он проектировал жилые и общественные здания, сельские Дома культуры и даже реконструировал церковь Сурб Саркис в Ереване. Но, пожалуй, последняя крупная работа архитектора – грандиозный комплекс “Сардарапатская битва”, торжественно открытый в мае 1968 года, в дни празднования 50-летнего юбилея победы армянского народа, как бы обобщает его творческий путь.
Этот архитектурный ансамбль расположен на обширной территории в 55 километрах от Еревана, на месте, где состоялась битва. Инициатором его создания был тогдашний первый секретарь ЦК КП Армении Яков Заробян, направив в 1964 году в ЦК КПСС докладную записку о необходимости закрепления исторической памяти и получив согласие Москвы. Инициатива получила широкую поддержку как со стороны районного руководства, так и рядовых тружеников предприятий и организаций. Сардарапатский мемориал был объявлен народной стройкой и, как писали газеты, строился на народные средства.
Комплекс разбит на несколько частей. Широкая лестница ведет к главному символу комплекса – Звоннице. Четыре 35-метровых пилона, соединены простенками, в арочных проемах которых висят колокола. По обе стороны лестницы стоят на страже крылатые быки как олицетворение героической мощи, противостоявшей врагу.
Свернув налево, проходим по Аллее Орлов, мимо пяти шестиметровых скульптур гордых птиц – символический образ павших воинов, которые принесли победу. ”Их души направлены к людям — мы есть, мы с вами, мы среди вас”, — так объяснял архитектор свою идею. Подходим к 55-метровой полукруглой Стене Славы, рельефы которой с аллегорическими сюжетами на тему борьбы добра и зла, батальные сюжеты как бы отображают ход сражения. Надо отметить работу ваятелей, работавших над скульптурной частью комплекса – Ара Арутюняна, Самвела Манасяна, Аршама Шагиняна.
Через широкий арочный проем в стене слева видно монументальное квадратное здание из оранжевого октемберянского туфа, напоминающее крепость.
В этом здании, входящем в комплекс в полной мере отразились лучшие черты творчества зодчего, степень его мастерства. У входа установлен вишап – древнее мифологическое существо, дух воды. Над входным порталом барельеф с изображением орла, входные двери с ажурным оформлением.
Крупные, монументальные формы, продуманная цветовая гамма каменной кладки создает удивительнтй по органичности незабываемый образ. На глухих фасадах всего два окна, которые обращены на два вечных ориентира – одно на Арарат, другое на Арагац. Центральный зал перекрыт арочным сводом, повторяющим конструкцию покрытий традиционного армянского жилища – “ердика”. И неожиданно внутри – естественное освещение экспозиционных залов, осуществляемое через внутренние световые дворы и фонари в куполах. Великолепны интерьеры, пространства, разделенные аркадами и перетекающие друг в друга. Свободно расставленные экспонаты дают возможность рассмотреть их со всех сторон. Стены облицованы розовым артикским туфом, что создает праздничное настроение.
Ярко описал это в очерке ”Дом окнами в зенит” журналист Роман Подольный: “Снаружи – монолит, крепость. Внутри – легкость и камерность. Снаружи – стены, внутри – свет и воздух, воздух и свет. Если архитектура – как давно сказано – застывшая музыка, то здание снаружи – хорал Баха. А внутри это здание – то Моцарт, то народная песня”.
“Могучая пластика здания поражает своей масштабностью, – пишут в книге “Архитектура Советской Армении” Арцвин Григорян и Мартин Товмасян. – Да, это новая архитектура с адекватной масштабностью и пластичностью. Влияние этого здания на творческую направленность армянских архитекторов огромно”.
Поначалу автор планировал разместить здесь экспозицию, отражающую историю освободительной борьбы армянского народа. Строительство здания было завершено в 1978 году, уже после смерти Рафо и было решено отдать его под Музей этнографии. Вместе с тем архитектору посмертно была присуждена премия Совета Министров СССР.