См. ранее:
— Армяне на службе у древнерусских князей
— Взаимоотношения армянской общины с русским духовенством на Руси
— Участие представителей Армянской и Русской церквей в Соборе 1157 г.
— Почитание некоторых древнеармянских святых на Руси, древнерусских святых — в Армении
«Наша Среда online» — Уже в период древнерусского государства (X–XIV вв.) стали складываться русско-армянские связи (политические, экономические, социально-культурные, конфессиональные), армянские поселения появились в таких древнерусских городах, как Киев, Новгород, Каменец-Подольский, Луцк, Львов, Владимир и др., в жизни которых армяне играли заметную роль[1].
Большое поселение армян возникает в XIV в. и в Московском княжестве. Армяне продолжают массово переселяться в северные страны, поскольку в этот период происходит падение Киликийского армянского государства (1080–1375 гг.) под нашествием египетских мамлюков, а Восточная Армения продолжает разрушаться монгольскими и тюркскими племенами ак-коюнлу и кара-коюнлу (XIV–XV вв.)[2], затем становится ареной частых военных конфликтов между Турцией и Ираном. О тяжёлой ситуации в Армении есть упоминания и в русских летописях. Например, говорится о страшном море в Армении 1346 г. (и др. странах), в результате которого умерло столько людей, что, согласно летописцу, «яко не бе кому их погребати»[3]. Много армян пострадало в 1385 г. при покорении Армении Тамерланом, который упомянут в летописях как Темир-Аксак[4], в армянских источниках — как Тимур-Ланк[5].
О присутствии армян в Московской Руси во второй половине XIV в. можно найти упоминания во многих повествованиях этого периода. Так, в ряде летописных сводов под лето 6874 (1366 г.) содержится рассказ о нападении новгородских дружинников-ушкуйников на различные города возвышающегося Московского государства, такие как Кострома, Нижний Новгород и другие поволжские поселения, об их разграблении и разорении, в результате чего пострадало «множество татар и бесермен и ормен [армян. — Г. Р.]»[6]. Многие летописи повествуют также о большом пожаре в Москве (22 июля 1390 г.), который начался от дома «Авраама некоего Арменина, и згоре дворов неколико тысящ»[7]. По мнению М. Н. Тихомирова, это торгово-ремесленный посад Китай-города, где жили армяне и греки[8]. Согласно М. Н. Тихомирову и С. М. Соловьёву, в московской торговле армянские купцы занимали большое место[9], с их помощью держалась торговая связь Московской Руси с Золотой Ордой, Персией и Закавказьем[10].
Помимо торгово-экономической жизни, армяне участвовали и в политической жизни Московского государства[11]. В знаменитой Куликовской битве (1380 г.) на стороне великого князя Дмитрия Донского сражались и армянские воины. Так, в «Слове о Куликовской битве» повествуется о гибели одного из военачальников армянского происхождения — «Ондрея Серкизовича»[12]. «Ондрей Серкизовъ» (или «Андреи Серкизъ»), а также ещё один представитель русского воинства армянского происхождения — «Семенъ Меликъ» (или «Симеон Меликович»), наряду с Александром Пересветом и другими героями, упоминаются также в Лаврентьевской, Троицкой, Софийской первой и др. летописях[13]. Наёмные армянские отряды служили и в татаро-монгольских войсках: в их числе находились «бесермены и армены, фрязы, черказы и ясы, буртасы» и др.[14] По мнению исследователей, армянские воины, вероятно, переходили из наёмных войск Золотой Орды на службу к московскому князю после того, как монголо-татары приняли мусульманство и стали насильно исламизировать подчинённых им христиан[15]. Также в русских источниках отмечены армянские воины, сражавшиеся против турок-мусульман в рядах византийского многонационального христианского войска. Христиане воодушевляли друг друга, говоря: «Днесь да умрём за веру христьянскую»[16].
Как видим, бόльшая часть указанных свидетельств летописного материала (по армянской теме) встречается как в ранних (например, Лаврентьевская летопись 1377 г., Ипатьевская летопись, Новгородские летописи, Софийские летописи), так и в более поздних летописных сводах[17]. К сожалению, в рамках данной работы мы не можем провести полный обзор летописания на предмет отражения в нём общей армянской темы, это требует дополнительного исследования.
[1] Армянские общины (среди которых в основном купцы, ремесленники, врачи, строители, воины) включали в себя представителей трёх разных религиозных конфессий: православные армяне (известные больше как «греки», «греко-армяне», «армяне-халкидониты», единоверные грекам и русским), входившие в юрисдикцию Константинопольского Патриархата, прибывшие на Русь в свите царевны Анны и князя Владимира (затем прибывали на службу и к следующим князьям); представители непосредственно Армянской Церкви; армяне-павликиане и другие близкие к ним еретические группы, не имеющие отношения к Армянской Церкви. См.: Там же.
[2] См., например: Фома Мецопский. История Тимур-Ланка и его преемников / пер. Т. Тер-Григоряна, А. Баграмяна. Баку, 1957. С. 55–80; Армянские источники о Средней Азии VIII–XVIII вв. Москва, 1985. С. 82–85; Петрушевский И. П. Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв. Ленинград, 1949. С. 35; Закавказье в XI–XV вв. // История Востока / под ред. Р. Б. Рыбакова. Москва, 1997. Гл. V.
[3] См., например: Летопись по Воскресенскому списку // ПСРЛ. 1856. Т. 7. С. 210; Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1885. Т. 10. С. 217; Симеоновская летопись // ПСРЛ. 1913. Т. 18. С. 95; и др.
[4] См., например: Софийские летописи // ПСРЛ. 1853. Т. 6. С. 125; Воскресенская летопись // ПСРЛ. 1859. Т. 8. С. 65; Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1897. Т. 11. С. 158–159.
[5] См., например: Фома Мецопский. История Тимур-Ланка и его преемников / пер. Т. Тер-Григоряна, А. Баграмяна. Баку, 1957.
[6] Московский летописный свод конца XV века // ПСРЛ. 1949. Т. 25. С. 183; Воскресенская летопись // ПСРЛ. 1859. Т. 8. С. 14; Симеоновская летопись // ПСРЛ. 1913. Т. 18. С. 104.
[7] Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1897. Т. 11. С. 122; Летописный свод 1497 г. // ПСРЛ. 1963. Т. 28. С. 86; Симеоновская летопись // ПСРЛ. 1913. Т. 18. С. 140.
[8] Тихомиров М. Н. Средневековая Москва в XIV–XV вв. Москва, 1957. С. 42, 121, 215.
[9] Там же. С. 122–123; Соловьев С. М. История России. Кн. 1. Санкт-Петербург, 1862. С. 1535.
[10] Тихомиров М. Н. Древняя Москва. Москва, 1947. С. 142.
[11] Хачикян Л. С. Армяне в древней Москве и на путях, ведущих в Москву. Ереван, 2014. С. 95–105.
[12] См.: Слово о Куликовской битве Софония Рязанца // Воинские повести Древней Руси / под ред. В. П. Адриановой-Перетц. Москва; Ленинград, 1949. С. 37; Сыроечковский В. Е. Гости-сурожане. Москва; Ленинград, 1935. С. 46; Хачикян Л. С. «Гости-сурожане» в русских летописях и Сказании о Мамаевом побоище (к вопросу об их национальной принадлежности) // Русская и армянская средневековые литературы. Ленинград, 1982. С. 333–357; Хачикян Л. С. Армяне в древней Москве и на путях, ведущих в Москву. С. 104–105.
[13] Лаврентьевская и Троицкая летописи // ПСРЛ. 1846. Т. 1. С. 233; ПСРЛ. 1948. Т. 1. С. 81; Софийские летописи // ПСРЛ. 1853. Т. 6. С. 90 (Прибавления); Софийская первая летопись старшего извода // ПСРЛ. 2000. Т. 6. Вып. 1. С. 467; Софийская первая летопись по списку И. Н. Царского // ПСРЛ. 1994. Т. 39. С. 122.
[14] См.: Софийская первая летопись старшего извода // ПСРЛ. 2000. Т. 6. Вып. 1. С. 455 (Л. 388); Софийская первая летопись по списку И. Н. Царского // ПСРЛ. 1994. Т. 39. С. 118; Новгородская четвертая летопись // ПСРЛ. 1915. Т. 4. С. 311; Софийские летописи // ПСРЛ. 1853. Т. 6. С. 90 (Прибавления); и др.
[15] Айвазян К. В. История отношений русской и армянской церквей в средние века / ред. С. С. Аревшатян. Ереван, 1989. С. 98.
[16] Памятники древней письменности и искусства. Повесть о Царьграде Нестора-Искандера XV века (по рукописи Троице-Сергиевской Лавры нач. XVI века, № 773) / сообщил архимандрит Леонид. Санкт-Петербург, 1886. С. 12–14; См. также: Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1901. Т. 12. С. 84–86; Русские повести XV–XVI вв. Москва; Ленинград, 1958. С. 225–226.
[17] См., например: Лаврентьевская и Троицкая летописи // ПСРЛ. 1846. Т. 1. С. 233, 240 (Прилож.); ПСРЛ. 1948. Т. 1. С. 81; Ипатьевская летопись // ПСРЛ. 1908. Т. 2. С. 3; Новгородская четвертая летопись // ПСРЛ. 1915. Т. 4. С. 311; Софийские летописи // ПСРЛ. 1853. Т. 6. С. 90 (Прибавл.); Софийская первая летопись старшего извода // ПСРЛ. 2000. Т. 6. Вып. 1. С. 467; Воскресенская летопись // ПСРЛ. 1859. Т. 8. С. 14; Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1862. Т. 9. С. 145–148; Патриаршая или Никоновская летопись // ПСРЛ. 1901. Т. 12. С. 84–86; Дополнения к Никоновской летописи // ПСРЛ. 1906. Т. 13. С. 386; Симеоновская летопись // ПСРЛ. 1913. Т. 18. С. 104, 140; История о Казанском царстве (Казанский летописец) // ПСРЛ. 1903. Т. 19. С. 130; Львовская летопись // ПСРЛ. 1910. Т. 20. Ч. 1. С. 33; Русский хронограф. Ч. II. Хронограф западнорусской редакции // ПСРЛ. 1914. Т. 22. С. 86–87; Московский летописный свод конца XV века // ПСРЛ. 1949. Т. 25. С. 183; Софийская первая летопись по списку И. Н. Царского // ПСРЛ. 1994. Т. 39. С. 122.