«Наша Среда online» — Шаэн Оганесян, несмотря на триумфальное выступление в 7 сезоне шоу «Голос» и признание жюри в рамках конкурса «Браво! Бис!», не является публичной фигурой, вызывающей ажиотаж. Его образ не вписывается в стереотип «звёздного» артиста, хотя он и обладает харизмой, коммуникативными навыками и чувством юмора. Сам Шаэн скромно отмечает: «Да нет, я не такого полета, чтобы обо мне говорили критики». Однако именно такие личности заслуживают особого внимания, поскольку они обладают глубинным внутренним стержнем и целеустремлённостью, направляющей их на реализацию собственных амбиций и творческих устремлений.

— Шаэн, давайте начнём нашу беседу с вопроса о Ваших корнях. Ваши родители переехали в Санкт-Петербург в тяжёлые 90-е годы. Скитались по съёмным квартирам, пока не обрели своё 18-ти метровое жильё, в котором впятером вы прожили почти 20 лет. Расскажите о своей семье. Откуда она родом?

— Мои предки из Нагорного Карабаха, семьи моих родителей жили в Сумгаите, втором по величине городе в Азербайджане. В 1988 году в связи с гонениями армянского населения моя семья бежала в Армению. В городе Арташат беженцам предоставляли жильё, там в 1990 году я и родился. Непростая жизнь заставила родителей вернуться в привычный Сумгаит, но, смирившись с тем, что жизнь там уже не будет прежней, они вернулись в Арташат и в 1992 году мигрировали в Россию, в Москву, а потом в Санкт-Петербург, где и прошло моё взросление.

— Что больше всего запомнилось из детско-юношеского периода жизни?

— В Санкт-Петербурге мы осели в коммунальной квартире, в той самой 18-метровой комнате, которую Вы упомянули. Иметь письменный стол в ней, как Вы понимаете, было роскошью, поэтому я часто уединялся в коридоре и делал уроки на невысоком холодильнике соседа, ребёнка блокадного Ленинграда, Николая Алексеевича Шарова.  Детство его было суровым, поэтому в зрелом возрасте он компенсировал недостаток радости — собирал разные безделушки, мастерил игрушки своими руками и очень любил детей, я любил пропадать у него в гостях.  Также у него была гитара советского производства, и ближе к окончанию школы я стал всё чаще одалживать её, чтобы научиться играть. По случаю окончания школы он мне её подарил. Было много ярких моментов, но рассказать я захотел об этих эпизодах.

— Часто ли бывали и бываете в Армении? Есть ли какие-то особенные воспоминания, связанные с Арменией?

— В Армении с учетом рождения я был 5 раз. Очень дорогие билеты, нет возможности посещать её часто. Но мама воспитывала нас на идеалах «настоящих армян», прививая любовь к родине дистанционно, поэтому моя Армения всегда была со мной. Даже лучше той, в которой я бывал…

— То, что Вам небезразлична судьба Армении, видно из Вашего творчества. В годину памяти жертв Геноцида армян Вы прочли в эфире прекрасное стихотворение и написали к нему музыку. Как история и армянские традиции Вашего народа влияют на Вас и на Ваших близких?

— Признаться, я далеко не эксперт в истории Армении, но право называться армянином даёт мне силы, будто за моей спиной стоят мои великие предки.
Я ни в коем случае не превозношу свой народ над любыми другими, просто на глобальном уровне это — часть меня, я плачу, просто смотря на горы в Армении, эта связь на каком-то другом, не поддающемся описанию, уровне.
Вместе с тем я не сакрализирую армян и отдаю себе отчёт, что далеко не все несут знамя «настоящих армян», на котором воспитывала меня мама.
Что касается традиций, то они формировались в определенном историческом, социальном, культурном контексте, и в других условиях жизни они, конечно, преломляются в зависимости от конкретных актуальных условий.
Например, свою невесту в день свадьбы я забирал без живой музыки из простого уважения к местным устоям и покою жителей дома. Отход это от традиций? Пожалуй. Критичен ли он для меня? Отнюдь.

— В 2018 году, когда Вы стали финалистом 7 сезона шоу «Голос», после замечательного исполнения песни «Полёт на дельтаплане» Вы ответили на вопрос интервьюера, почему не оделись так же, как одевался первый исполнитель этой песни, Валерий Леонтьев, что Вас бы не поняла армянская община. Вы так зависимы от постороннего мнения или же всё-таки это воспитание, основанное на традиционных армянских ценностях?

— Буду с Вами честен, многие наши уклады основаны на том, «что скажут люди». И в целом это присуще другим южным и восточным народам. Я понимаю, что на каком-то этапе это было обусловлено тесным совместным существованием с этими «людьми» и было его побочным эффектом, но до сих пор в крупных городах люди ставят оценку со стороны превыше свободы собственных действий и своего комфорта. Люди делают себя заложниками общественного мнения, и вызволить их из этой психологической тюрьмы крайне сложно, если вообще возможно.
Если это можно назвать традицией, я с большой радостью от неё отвернусь, а, пожалуй, и вытру о неё ноги. Я знаю примеры, когда такие «традиции» слишком дорого обходились людям. Жизненно дорого.
Несчастные люди в Армении накрывают столы в долг, «чтобы не сказали», что они бедно живут; берут кредиты, чтобы отпраздновать Новый Год или просто терпят домашнее насилие, чтобы «никто не прилепил какое-нибудь клеймо».
Простите мне мою категоричность, просто Вы затронули небезразличную для меня тему.
Конечно, какое-то время и я сильно зависел от чужого мнения, но, слава Богу, от этого освободился.
Мы — люди, нам свойственно представлять, что о нас подумают, учитывать это в своем поведении и даже оценивать последствия, но ставить превыше своей свободы соседские сплетни — значит уважать их больше, чем себя.
Возвращаясь к вопросу, это была шутка, слава Богу, я ни от кого не завишу, но сам я бы не позволил себе надеть просвечиваю одежду, просто считая её неуместной для себя.

— В одной из Ваших песен есть такие слова: «Моя вера крепка, как вибраниум, мои трудности — благословение». В этой связи расскажите о своих жизненных приоритетах и ценностях.

— Если очень коротко, моя жизнь — величайший дар Бога, за который я не заплатил ни копейки. Я ценю это, стараюсь беречь и прожить этот дар красиво. Красиво для меня — это не запачкать в грехах данную нам от рождения безупречную душу. Красиво — это достойно содержать свою семью и приносить пользу обществу. Красиво — это стяжать добро внутри до самой смерти. Порой это бывает очень непросто…

— А когда пришло осознание, что пора начинать заниматься творчеством?

— На первом курсе юрфака мне жутко захотелось синтезатор. Всё, что я мог себе позволить, — купить диск с программой, в которой можно было играть на клавиатуре компьютера как на синтезаторе. В ней была функция записи, и я потихоньку стал сочинять песни (хотел стать рэпером).  Более серьезно я стал писать песни в 2019 году после шоу «Голос», когда был запрос на мое творчество, и мне нужно было его удовлетворять. Немного не успел попасть в струю, так как процесс написания шел долго, но получилось как получилось, я за всё благодарен в своей жизни. Как говорится, если можешь не писать, не пиши. Я не смог.

— Когда написали своё первое стихотворение? Кому его показали? Какая была реакция?

Первые стихотворения восходят годам к 10, я их почти не помню, но маму они пугали — были слишком депрессивными.

— А что сподвигло заняться вокалом? Работа в летнем кафе на Сенной площади Петербурга или 4 года работы в караоке?

— Вкусив плоды работы певцом, трудно потом от них отказаться. Думаю, Вы слышали, что сцена — своего рода наркотик, доза адреналина, за которой ты снова и снова туда возвращаешься. Я люблю музыку, звучание своего голоса, внимание и признание людей, мне за это еще и неплохо платят, — надо быть дураком, чтобы отказаться от такой работы.  Иногда я им был.

— Как Вы познакомились со своей будущей супругой? Как она относилась и относится к Вашему увлечению музыкой?

— С женой мы познакомились на сайте одного армянского портала, стали вместе посещать духовные беседы, некогда проходившие в армянской церкви на Невском проспекте. Она поддерживала и верила в меня порой больше, чем я сам, хотя ей приходится непросто со мной. Её вере и преданности посвящена песня «Музыка», которую я планирую первой выпустить на всех площадках.

— А что сподвигло Вас подать заявку на шоу «Голос»? С первого раза не получилось, но Вы не сдались.

— Ввиду отсутствия музыкального образования у меня всегда был голод по знаниям, я постоянно внимал коллегам-музыкантам, спрашивал их про технику пения, аккорды, ноты и задавал прочие волнующие меня вопросы. «Голос» я рассматривал для себя как билетик на большую сцену, как институт, где меня всему научат, и где я обрету много знакомств и возможностей. Это произошло, но лишь отчасти. Я действительно обрел много знакомств, получил колоссальные опыт, уверенность в себе и в определенной степени признание, но системного образования, конечно, там не было.

— Что было самым трудным и что самым интересным на этом шоу? Чем оно способствовало Вашему профессиональному росту?

— Самым трудным было укрощать свое волнение во время прямых эфиров, вещание шло на всю Россию. Ну а самым интересным было наблюдать, насколько далеко я пройду. Как я уже сказал, этот проект дает огромный багаж различного опыта, и статус финалиста в этом шоу, таким образом, является гарантом качества для организаторов, неким знаком верификации — этот парень прошел через сотни тысяч конкурентов, снялся во всех возможных эфирах шоу, включая три прямых, и если с ним имели дело продюсеры «Голоса», в котором требуется жесткая дисциплина, на него можем положиться и мы. Это что касается повышения лояльности организаторов. На личном профессиональном росте, конечно, сказались погружение в профессиональную среду, количество репетиций с одними из лучших музыкантов страны, сами важнейшие выступления, регулярные съемки… Все это здорово закаляет тебя как артиста.

— После шоу, когда не победили в итоге в финале, Вы держались хладнокровно и даже подшучивали. Заранее знали свои возможности и не ожидали чуда?

— Конечно, я надеялся занять первое место, но я также осознавал, что уже достиг серьезных успехов, и поэтому был благодарен Богу и за своё четвертое. Отсюда и моё смиренное поведение.

— Вы как-то упомянули, что после «Голоса» поступали предложения петь свои песни, но с чужими аранжировками. Почему Вы отказались? Как дальше сложилась творческая судьба?

— В двух словах, это были коммерческие предложения, основной целью которых было извлечение выгоды. Для меня же песни — контейнеры смыслов, и основная цель — доносить в них созидательные мысли до людей. Именно поэтому на своих концертах я исполняю только свои песни со своими стихами, это — часть меня. Также для меня было важно участие в творческих процессах и коммуникация с музыкантами, чего там не требовалось по определению. Из-за разности подходов я отказался. Свой сольный концерт у меня получилось организовать (полностью самостоятельно) лишь 30.04.2025 года. Надеюсь, получится устраивать такие концерты периодически.

— От первого квартирника в Москве, на котором Вы пошутили, что умеете играть 3-4 аккорда, прошло чуть больше 5 лет, и вот Вы собираете группу и устраиваете сольный концерт. Кроме того, удачно выступили в другом шоу «Браво! Бис!». Расскажите об этом периоде времени. Как всё складывалось?

— В феврале 2025 года я уволился с должности директора музыкального магазина, чтобы сфокусироваться на музыке. К своему концерту я начал готовиться заблаговременно, поэтому к концу апреля у меня уже все было готово к сольнику. Мы успешно отыграли концерт, летом было несколько выступлений на частных мероприятиях, а ближе к осени мне поступило предложение от кастинг-менеджера Weit media (создатели шоу «Ну-ка, все вместе!») принять участие в одном проекте. Подустав после «Голоса», я поблагодарил за приглашение, но участвовать не собирался. Спустя какое-то время мне написал уже другой кастинг-менеджер с тем же предложением. Восприняв это как знак, я подумал, что ничего не теряю, а только взбодрюсь и опять погружусь в творческую среду, и решил согласиться.

— На шоу «Браво! Бис!» Вы выступили в экстравагантном образе. Кто принимал решение сменить образ? Кто сшил наряд? Планируете ли дальше экспериментировать с образами?

— Наряд мне подобрали костюмеры накануне съемок, в последний момент обрезали половину пиджака, но он оказался чрезвычайно удобным, и я не стал противиться. Признаться, мне не очень понравилось, как я смотрюсь в нем по телевизору, я несколько иначе себя в нем представлял, но я воспринял это со смирением.

— Что будет дальше? Какие планы на будущее?

Нужно обеспечивать семью, поэтому я попробую сделать музыку основным источником своего дохода, пока планирую выступать в трех форматах — с группой, с компьютером и под гитару. По мере достижения финансовой стабильности буду выпускать свою авторскую музыку. Пока так.

Беседовал Виктор Коноплев

Фото из архива Шаэна Оганесяна