«Наша Среда online» — Президент России Владимир Путин объявил 2026 год Годом единства народов. Эта инициатива подчеркивает многовековое совместное проживание более чем 190 национальностей, основанное на взаимном уважении и общем историческом опыте. Богатство традиций, языков, обычаев и культурных проявлений становится источником вдохновения для развития искусства, образования и туризма, укрепляя культурное разнообразие страны.
В России много национальных творческих коллективов. Сегодня мы хотим рассказать вам о Народном ансамбле танца «Аракс» из села Крым Мясниковского района Ростовской области, которому 12 февраля исполняется 17 лет. Этот коллектив вызывает интерес, поскольку уже второй год подряд становится лауреатом престижной Международной телевизионной премии в области хореографического искусства «Щелкунчик». Важно отметить, что «Аракс» — это многонациональный ансамбль, включающий представителей различных наций: русских, армян, грузин, белорусов, осетин и немцев.
Наш собеседник Александр Киркисян — создатель и художественный руководитель народного ансамбля танца “Аракс”.
— Александр Эдуардович, наступил новый 2026 год. В него вы (имею в виду Вас и коллектив Народного ансамбля танца «Аракс») вошли с богатым наследием прошлого года — грандиозными победами во Всероссийских конкурсах «Достояние России» и «Щелкунчик». И вот в январе — новая победа в Международной телевизионной премии в сфере хореографического искусства «Щелкунчик». Почиваете на лаврах? Расскажите, чем ваш коллектив так очаровал искушенное талантами жюри? Наверняка, в выступлении была какая-то «изюминка»?
— По поводу почивания на лаврах. Ну, слава богу, шапкозакидательские эти моменты нам не страшны, и корону мы не надеваем. По поводу изюминки. Мы туда поехали уже второй раз конкретно на «Щелкунчик». До этого мы были на «Достоянии России». Жюри было титулованное. Те люди, которые видели мой коллектив в прошлом году, сказали, что мы прибавили очень сильно технически. И в плане того, что много детей поехало, 55 человек, номера были не очень простые, и постановка была. Я повез туда четыре национальных танца: русский, армянский, грузинский и, скажем так, горский танец. То есть я думаю, что это тоже сыграло свою роль, что приехал коллектив, который может работать не конкретно в одном направлении, а именно в направлении народный танец.
Для меня эталоном всегда был ансамбль Моисеева. Вот он так работает, все национальности танцуют, включая и русские, и все другие. Я что-то подобное тоже стараюсь делать. Думаю, что это тоже сыграло свою роль, что и технически, и с правильной лексикой, со всеми моментами три состава, и маленький, средний, старший, то есть показали свое мастерство и… Я думаю, заслуженно мы из шести заявленных номеров получили пять первых мест.
Для меня это было неожиданно, что мы так вот можем закрепить результат и еще его прямо вот так вот утвердить. Для меня это, конечно, как для руководителя очень сильно помогает.
— Ансамбль «Аракс» был создан в 2009 году. Расскажите о вехах становления ансамбля, его достижениях.
— Ансамбль был создан в 2009 году в Районном доме культуры Мясниковского района села Чалтырь. Базировался там на протяжении 9 лет. В этот период я получил звание Народного ансамбля. Но потом по разным причинам пришлось перейти в другой дом культуры. Я думаю, что самые главные достижения, конечно, начались вот в эту пору. И «Достояние России», и «Щелкунчик». Но до этого были тоже. И третье место на конкурсе Мистюкова в Липецке, представляли Ростовскую область, и все областные фестивали, и районные фестивали, и городские. На всех фестивалях, в которых мы участвовали, мы получали первые места. Ансамбль ездил с гастролями по Абхазии, мы в пяти городах давали сольные концерты, это Гагры, Гудаута, Очамчира, Сухуми и Гал. В Гаграх два раза дали концерт. В Сухуми выступали в Государственной филармонии. Не каждый коллектив таким похвастаться может, учитывая, что у нас самобытный коллектив — обычные дети, школьники, студенты, то есть не профессионалы. Вот до такого уровня, в принципе, мы дошли. И как бы я сейчас больше стараюсь позиционировать ансамбль не как участника конкурсов, а именно как ансамбль, который выступает на сцене, дает концерты, большие программы. Конкурс — это хорошо, но для меня важно сделать хороший, достойный, красивый концерт.
— Но до создания «Аракса» были и другие коллективы. В пятилетнем возрасте Вы пришли в свой первый танцевальный ансамбль «Дружба». В 2000 году стали членом ансамбля «Огни Кавказа». А в 2002 году начали вести занятия в ансамбле «Народы мира» в строительном колледже. Правильно я понимаю, что это поступательное движение свидетельствует о том, что чем больше Вы совершенствовали своё мастерство, тем сильнее была тяга передавать его ученикам?
— Да, все верно. В 1988 году я попал в народный ансамбль танца «Дружба» завода «Красный Аксай», а ныне это Областной дом народного творчества. Оттуда перешёл в ансамбль песни и пляски «Вольный Дон». Это был совместный ансамбль: балет находился в Ростове, а хор в Зернограде. Когда они объединялись, получался ансамбль песни и пляски. С этим ансамблем я гастролировал в городе, по сёлам, был в Севастополе. В какой-то момент принял решение пойти по другой стезе — хореографии. И поэтому перешел потом в ансамбль «Огни Кавказа», который находился в Доме офицеров и, скажем так, начинал только набирать обороты. Именно там я познакомился с кавказским танцем. До этого я танцевал только народные казачьи танцы. Кавказскому танцу меня обучал ныне покойный Сергей Абкарович Папиянц.
В 2002 году я закончил строительный колледж и учитывая, что с 1998 по 2002 я за этот колледж выступал, танцевал, выиграл все, что можно: и «Студенческая весна», и «Золотая осень». В принципе, везде, где я участвовал, я побеждал. Мне предложили на базе колледжа создать ансамбль из студентов. И вот я начал в этом колледже ставить танцы, назывались мы ансамбль танцев народов мира, оттуда в принципе и пошла эта разножанровая вся моя жизнь в плане постановок. Этот ансамбль просуществовал до 2009 года. Мы выступали, побеждали в конкурсах. Для колледжа это было очень сильно и престижно, что коллектив есть и может достойно представлять разножанровые танцы, потому что в репертуаре были и армянские, и русские, и грузинские, и еврейские, и цыганские, — каких только не было у меня танцев, и даже канкан мы танцевали, и моряцкие, и яблочки, много было. Это всё делали студенты. Одни приходили, другие уходили, кто-то заканчивал колледж и продолжал у меня заниматься. После этого мне предложили создать ансамбль в Мясниковском районе.
— Между тем, я знаю, что изначально Вы сопротивлялись, когда Ваша мама, Мария Агоповна, отправила заниматься танцами. И даже уходили из ансамбля «Дружба». Как мама смогла повлиять на Вас? И как пришло понимание, что танцы — это Ваше призвание?
— Да, мама моя в пятилетнем возрасте. Я мало знаю детей, которые сами куда-то что-то хотят идти заниматься. Горят этим. Я по себе сейчас вижу, как руководитель, больше, конечно, хочется это сначала родителям, а потом детям. А потом в определенный момент просто приходит понимание, что, ну, твое это, либо не твоё, оно надо тебе, не надо. То есть вот как бы я пришел к тому, что в один момент я понял, ну, наверное, это уже моя жизнь. Мое увлечение, которое переросло из хобби, скажем так, в профессиональную работу.
А ситуация, когда там мама у меня сильно расстроилась, я, в принципе, понял, что в один период она отдала всё, чтобы я там был. Я не мог подвести её, её желания, надежды.
— Помимо танцев Вы играете на музыкальных инструментах, поёте. Какие ещё есть таланты у Александра Киркисяна?
— Ну, таланты — может, громко сказано. Я играю на ударных инструментах, то есть на барабанной установке. Я играю на кавказском барабане — дхол. Я играю на дарбуке. Пою. Всё это тоже с колледжа пошло, потому что мы там всё пели сами, как студенты, а потом тихо-тихо получилось, что уже начал петь не только в колледже. Я играю в футбол и играл на уровне чемпионата России в высшей лиге, я играл в пляжный футбол, являлся капитаном команды. Я играл в высшей лиге, играл и на Кубке России, четырежды выигрывал Юг России, многократно выигрывал город, область по футболу, по обычному, по пляжному, по мини. Сейчас я играю по ветеранам, тоже футбол в городской лиге. Также я уже почти 11 лет тренирую детей по пляжному футболу в спортивном лагере дочернего филиала «Локомотив». Был отмечен благодарственным письмом Никиты Симоняна, которого, к сожалению, не стало. По образованию я строитель, работал на стройке, но так получилось, что сейчас я весь год учу детей танцевать, а летом переквалифицируюсь в тренера по пляжному футболу и тренирую детей играть в футбол.
— Расскажите, как Вы находите таланты?
— Я таланты не ищу, таланты меня сами находят. Есть же выражение: талантливый человек талантлив во всем. Я не берусь за то, что я не умею делать. Я не умею торговать, не умею продавать, не умею, не знаю, машины разбирать-собирать или лазить в электрике. Но есть то, что я понимаю. Допустим, если музыка мне даётся, то значит даётся. Если с танцами — я опять же не лезу в рок-н-ролл, в латиноамериканские танцы, в современные, в эстрадные. Нет, я вот именно занимаюсь народным. Если, конечно, заморочиться, я бы тоже что-то мог бы сделать. Но я развиваю то, что мне близко по сердцу, по духу.
— В репертуаре Вашего коллектива танцы разных народов. Влияет ли Ваше армянское происхождение на выбор репертуара?
— Вы знаете, моё армянское происхождение абсолютно никак не влияет на выбор репертуара. У меня три филиала. Первый филиал, самый главный, он находится в Крыму. Это Мясниковский район Ростовской области. Там, конечно, 80% — это население армяне. Сейчас есть станица Ольгинская, это Аксайский район Ростовской области. Там 80% — скажем так, русские казаки, не столько, сколько армян, наоборот. И третий филиал в Ростове. Ну вот, всё зависит от того, в каком кругу ты общаешься, да? Где больше армян, конечно, я изначально ставил только армянские танцы. Но очень мне льстит то, что дети, зрители поддержали мои попытки показать совсем другую культуру. И вот у меня всё началось с танца «Барыня», после «Барыни» я сделал «Зимушку», потом и моряцкий танец поставил. Ирландский танец у меня и «Хава нагила», и очень много татарских танцев есть. И то, что этим людям зашло, что понятно — своё родное это хорошо, но и когда ещё другое они видят, другую культуру, другой менталитет, это людям интересно. По мне — так я, скажем так, фанат русского народного танца, казачьего танца. То есть мне по душе это, потому что я в этом вырос. И я прямо скажем, как рыба в воде. Ну, так как надо отталкиваться от того момента, где ты работаешь, я и беру и армянские танцы где-то ставлю, где-то грузинские. В станице Ольгинской, понятно, больше идёт упор на русские, на казачество. Но опять же, там тоже я поставил один армянский, один осетинский танец. Людям тоже это всё понравилось. Ну, вот так и варьирую, получается, между национальностями.
— Ваши корни из Мясниковского района. Как Ваши предки связаны с Арменией?
— Родители моей мамы, мои бабушка и дедушка, — они из Мясниковского района. Бабушка из Чалтыря, дед из села Большие Салы. А папа моего папы, мой дедушка, в честь кого я назван, он из Армении, из города Ван.
— Интересуетесь тем, что происходит в Армении?
— По поводу, что происходит в Армении, ну, как сказать, интересуюсь на уровне обычного человека. Хоть у меня там есть родня и дяди, тети, братья, сестры, друзья. Но мне достаточно насущных проблем, что происходит и здесь, в моей стране, где я живу. Поэтому постольку-поскольку я интересуюсь, что происходит в Армении. Возможно, чего-то не знаю, ну а знаю то, что мне достаточно знать. Вот, как-то так.
— Какой совет Вы можете дать тем, кто решил сделать карьеру в танцевальном искусстве?
— Для тех, кто хочет сделать карьеру в танцевальном искусстве, у меня совет простой, как и везде. Вы знаете, сейчас очень много появилось хореографов-самоучек, скажем так, в 18-летнем возрасте, в 19-ти, даже в 17-ти, которые в принципе абсолютно ничего не знают о танце и хореографии. То есть люди не учатся ни в колледжах культуры, ни в институтах. Просто включается YouTube, просто включается TikTok, берутся оттуда движения, связки. Этот человек учит это дома, потом приходит, показывает это детям на сцене, говорит: «Я хореограф». И я до сих пор не понимаю, почему к таким людям ходят дети, платятся им за это всё. Когда они приходят ко мне из этих ансамблей, я начинаю спрашивать терминологию по хореографии, чтобы они показали мне станок, середину или еще какие-то моменты, танцевальные движения. Дети этого, конечно же, не знают. Я всегда говорю этим руководителям, что вы «коммерсы», вы не руководители. То есть я всем желаю пройти школу. Вот мне всегда, и отец мне всегда говорил, когда я на стройке работал, везде, прежде чем быть начальником, ты должен это пройти сам, чтобы понимать, что он делает это неправильно. Когда они не работали у станка танцевального, когда они не работали середину, там трюки, класс, они вообще не представляют, что такое дроби, как это переходит, как это, что это, композиция, основ не знает, да, и они называются хореографами, это неправильно. В данный момент я сейчас вижу просто сумасшедшее количество хореографии, и это просто выкачивание денег с родителей. А потом, когда ребенок идет поступать в училище культуры или куда-то, с пониманием, что он 5–10 лет позанимался танцами, и он думает, что он умеет танцевать, ему же так об этом говорили, они ездят на конкурсы, они их даже выигрывают, я вам больше скажу. Потом, когда приходит этот ребенок, учащийся культуры, он понимает, что танцевать-то он, по сути, не умеет. Он не знает элементарных движений, он не знает элементарных позиций, он не знает ничего. То есть, и вот тут, конечно, все хватаются за голову, прибегают ко мне или еще к кому-то, помогите, мы хотим учиться, а оказывается, мы танцевать не умеем. Поэтому таким людям я всегда говорю, что вы не учите танцевать, вы учите движение. То есть вы движение одно выучили, связку сделали, когда красиво, точно все сделали, а танец когда будет? То есть вот это меня, конечно, сильно и злит, назовем так, и мне это не нравится, что непрофессионально относятся к этому моменту дети. А сейчас всё такое ощущение, что стать хореографом, педагогом это чуть ли не каждый второй может. А на самом деле это очень серьезно, потому что может же неправильно ребенка развить. Потому что в итоге он поймет, что он танцевать-то не умеет. Он умеет классно делать несколько движений, а по факту танец он не знает, что такое. Поэтому у меня пожелание такое — идите, учитесь, ребята. Идите в колледжи культуры.
Беседовал Виктор Коноплев
Фото из личного архива Александра Киркисяна