online

Владимир Орлов. Вешние воды преображения

ЛИТЕРАТУРА

О поэзии Сэды Вермишевой

С древних эпох и более близких нам времен Симеона Полоцкого стихи, волею авторской, благодаря собственной энергии самоорганизации и одновременно стихийности проявления своей ментальной сущности, ищут самодостаточную структуру, архитектонику, свое графическое воплощение в тексте, выстраиваясь в благозвучный и красочный художественный образ. И будь это единственная яркая и светоносная строка или сплетённое из слов стихотворение в форме сердца (того же Симеона Полоцкого) – всё служит Красоте и Смыслу, подчиняется гармонии и мелодике, отражает бытие и соотносится с духовностью, если творческий процесс подчиняется поэту-мастеру. И всё же сотворение стихов есть таинство, когда изначально неизвестны все оттенки смыслов и цветовой гаммы, а чувства не всегда успевают «отстояться словом» (как говорил Владимир Маяковский). И, может быть, само Провидение порой вмешивается в рождение талантливого стихотворения, выбирая ему особую миссию. И этот вольный (и своевольный) уклад поэтической плоти подтверждает фразу А. Ахматовой: «…В стихах всё быть должно некстати…». Точнее – неожиданно новым словом, новым значением и поворотом событий, эмоциональными посылами, особенными видением и стилистикой, которые качественно отличают неординарное авторское стихотворение, а не только дают возможность использования технических приемов, позволяющих выявить дополнительные паузы, акценты и эффекты в поэтической речи.

Все вышесказанное перекликается с природой поэтического творчества нашей современницы, замечательной армянской и российской поэтессы Сэды Константиновны Вермишевой. Поэзия Сэды Вермишевой – особой ипостаси и, прежде всего, обусловлена многогранными достоинствами личности; её стихи вольные и окрылённые не приемлют строгие ограничения и рамки классических текстов-столбцов, они дышат и существуют в своем пространственном воплощении и архитектонике поэтической ткани. Её стихотворения – многомерные и вневременные резонаторы, окормленные и наполненные духовной энергией, откликающиеся полнозвучным звучанием на душевный и духовный мир читателя, дополняющие и развивающие потенциал высокого и горнего, заложенного в каждом человеке. С одной стороны, вознесение «Я», самости, личностного до пределов и идеалов Неба (по образу и подобию Божьему), с другой стороны, низвержение всего, что соотносится с гордыней и отступлениями от нравственных устоев. Словно резцами времени вписываются основополагающие строки в скрижали человеческого бытия:

Я Альфа и Омега.

Я – только

Прах.

Я – голос мир,

Ветвь его побега…

Я – эхо Бога

И пред Богом –

Страх.

Но это лишь фрагмент поэтического мироощущения, житейского и философского кредо Поэта. Волнами света, выстраданными смыслами и чувствами, судьбоносной энергией Духа наполнено множество её текстов – стихотворений-посланий, адресованных «Urbi et Orbi» (Граду и миру) и несущих общечеловеческий код, опирающийся на культурное наследие двух братских стран – Армении и России. При этом поэтическое творчество Сэды Вермишевой нельзя упрекнуть в пафосности и элитарности, оно открыто каждому своей искренней откровенностью, лишенной игры, желания понравиться читательской аудитории, в нем чёткое, ясное, эмоционально обострённое развитие темы гражданственности вовлекает в доверительный диалог, в котором не может быть успокоительной или равнодушной позиции. Тот, кто, хотя бы единожды соприкоснулся с творчеством Поэта, отмечает эффект духовного притяжения к её стихотворениям-исповедям. Границы поэтической событийности Сэды Вермишевой простираются от исторических корней армянского и русского народов до дней сегодняшних, в материю стихов вовлекаются и знаковые вехи времен, и повседневность, но в преломлении не случайном, а через выбор, долг, гражданскую ответственность и зрелость, нравственные принципы. Главным для читающего является воспринимаемое побуждение к сопереживанию, переосмыслению своего внутреннего мира, потребность вопрошения самого себя: «Кто я и что я, какой ипостаси?!»

Творческое пространство Поэта глубинно и метафорично, оно включает древние архетипы и символы, живущие в гармоническом единстве и родстве с художественными возможностями современного русского литературного языка, на котором и создаются произведения Сэды Константиновны. Цветопись и звукопись – одни из её приемов повышения художественной ценности текста, дополняющие графическую изящность разнопротяженных строк, объединенных в целостную композицию.

Год от года увеличивается благодарная аудитория почитателей Поэта-воителя и Поэта-ваятеля человеческих душ. Наступает время более пристального и широкого изучения творческих трудов Сэды Константиновны Вермишевой, взрастившей свой уникальный сад метаморфоз в Поэзии и щедро дарящей плоды его по естеству Добра и Красоты.

Поэзия Сэды Вермишевой

Духовность – суть

поэзии её,

где свет неотраженный

об Истине вещует,

где сущему есть высший суд,

вмещающий миры и время всё,

где боли путь, до сердца проведенный,

и обжигает, и врачует…

И очевидное, и бренное не заодно,

из чувств вдруг прорастают крылья,

и в полуночное окно

влетает гостьей птица Сирин.

 

…И рождается ритм

из пульсаций сверхновой,

и сквозь слово в нас зрит

Ангел в час одинокий.

А еще откровенья души

разделить, как библейские хлебы,

надо поровну и без межи,

чтобы Весть разнесли свою вербы.

                      (Владимир Орлов)

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top