online

Тер-Давтян Никогос из Джуги

Еще будучи студентом, я со слов своих бабушек, составил родословную родов своих как бабушек так и дедушек. Потом муж папиной сестры профессор Александр Варданович Захарян подарил мне книгу про Ованеса Тер-Давтяна – купца и путешественника из Новой Джуги (Иран), который оставил свои воспоминпния о древнем Непале (он был одним из первых путешественников оставившем воспоминания о Непале), и дневники которого издал Матенадаран. Александер Вартанович подарил мне книгу со словами: «Я вижу, что и ты, как и твой далекий родственник, одержими страстью к путешествиям». (Я тогда уже имел 1 разряд по пешеходному туризму и обошел пешком с палаткой пол Армении и Алтайский край.) Я думаю корни этого рода происходят из старой Нахичеванской Джуги, откуда родом мой дед, и скорее всего эта одна из ветвей нашего рода.

Джуга-Ереван-Тифлис

Месроп Никогосович Давтян

Месроп Никогосович Давтян

Мой прадед Тер-Давтян Никогос родом из Джуги был одним из самых уважаемых людей в деревне. На цепочке у него висели часы, большая редкость в то далекое время и многие приходили с другого конца деревни, чтобы спросить у него который час да и просто посмотреть на часы. Жить в деревне было трудно и Никогос иногда отправлялся на заработки в Баку. Жена Никогоса – Сара Погосовна или Зази, как ее называли, была дочерью священника. У них было четыре сына — Артем, Месроп – мой дед, Каро и Ованес (Вано или Иван Николаевич ). Сын Артема Рубик с семьей живет в Ереване. Внук Каро Бакурик преподает в одном из ереванских вузов. Иван Николаевич, после смерти жены, переехал с детьми жить в Москву, один из его сыновей Мушег Иванович был во время войны замминистра танковой промышленности СССР, другой – Степан Иванович — был инженером. К сожалению, ни один из братьев не оставил потомства. Сейчас в Москве проживают лишь две обрусевшие девочки дочки Ивана Николаевича – Анечки.

Никогос родился, по имеющимся у меня веьма приблизительным сведениям, в 1859 году, умер и был похоронен на Джугинском кладбище. Зази (1869-1940 г.г.)умерла перед войной и была похоронена в Ереване (Тохмах-Гол).

Георгий Месропович Давтян во время Великой Отечественной войны

Георгий Месропович Давтян во время Великой Отечественной войны

Однажды когда моему деду – Месропу было около 17 лет он на неколько дней отлучился из деревни в это время на деревню напали азербаджанцы была резня. Дед же ничего не зная, ночью добрался до дома, тихо зашел, решил никого не будить, забрался в свою постель и заснул. Просыпается утром и видит в доме одни азербаджанцы, они тоже увидев его, удивились откуда он взялся. Они сказали деду, что дня два назад они заняли деревню и этот дом теперь принадлежит им, но они не хотят проливать кровь бывших хозяев…

Азербаджанцы посадили моего деда на телегу и тайно вывезли из деревни, за деревней он по горам убежал и добрался до Еревана. Здесь он нашел мать и братьев. Через много лет на базаре в Ереване он встретил того азербаджанца, который его тогда спас, они отметили эту встречу хорошим застольем, вспоминали те тревожные времена и чудесное спасение.

В Ереване мой дед встретил красивую, умную, ереванскую девушку — Овсепян Сируш, они поженились и жили в бабушкином собственном доме на улице Свердлова 32.

Георгий Давтян с сослуживцами во время Великой Отечественной войны

Георгий Давтян с сослуживцами во время Великой Отечественной войны

У них родились дети Коля (Николай Месропович), Роза (тетя Роза), Жора (Георгий Месропович – мой отец), Сашик. С ними долго жили и обе бабушки Зази и Ашхен (Погосян Ашхен 1871- 1944 г.г. — мама моей бабушки Сируш).

Дедушка Месроп жил бедно он держал свою большую семью за счет мелкой торговли, он переодически привозил рыбу с Севана. Для этого он нанимал вьючных ослов с карасами, покупал мелкий товар, в основном по заказу, для жителей небольших горных сел и через Гарни, через Гегардский монастырь, шел к Севану за рыбой. На Севане он наполнял карасы водой, заполнял их рыбой – так живая рыба попадала в Ереван. Путь от Севана к Еревану занимал 2 дня с ночевкой в селении Гарни. В горных деревнях у него было много друзей, они его уважали и любили за честность и внимательность к людям, он никогда не забывал купить для них в Ереване и привезти все, что они просили. При советской власти Месропа Николаевича назначили директором двух крупных магазинов, наверное это был самый честный директор в истории Еревана. Семья жила в проголодь и ему постоянно приходилось просить денег в долг у богатых родственников жены. А те не всегда давали. Так богатый, знаменитый врач Мамикон Павлович Погосян (керы бабушки Сируш), получивший образование в Германии, спросил его – “Меспоп, а ты сможешь вернуть 10 рублей, что ты просишь в долг?”, и не дал. Дед на него страшно обиделся, ведь дома его ждали голодные дети. Но как Мамикон Павлович мог это понять, ведь своих детей у него никогда не было.

Георгий Давтян со свой мамой Сируш

Георгий Давтян со свой мамой Сируш

Затем дед долгие годы заведовал продовольственными складами, я видел его 2-3 раза в старом доме на Свердлова когда приезжал летом в Ереван с родителями. Когда мы переехали жить в Ереван в  1965 г., отцу наконец удалось перевестись на службу в Ереванский военный госпиталь, дед уже жил в новом доме, сильно болел и вскоре умер в 1966 г.

Мой отец Давтян Георгий Месропович, 1924 г. рождения в 17 лет, в военное время, в 1941 г. был призван в вооруженные силы, прошел подготовку в учебке как начальник прожекторной станции и попал на Кавказкий фронт. На войне он служил недалеко от Баку в горах, на прожекторной станции. Однажды, когда он шел в часть за пайком, азербаджанские пастухи натравили на него своих собак-волкодавов. Он отбивался пилоткой, его страшно искусали, потом он потерял сознание, хорошо, что невдалеке проезжала армейская машина, они заметили и спасли его. Несколько дней он лежал без сознания в медсанчасти потом поправился и

Георгий Давтян со своим отцом Месропом

Георгий Давтян со своим отцом Месропом

продолжил службу сперва на Кавказском фронте потом на Японском фронте. Сразу после окончания войны с Германией его посадили в теплушки и повезли через всю страну на Японский фронт, в Ереване не знали что и думать – война закончилась, а Жоры нету, уже все вернулись домой, а о нем ни слуху ни духу. Старший брат отца дядя Коля работал тогда начальником охраны у Первого Секретаря Компартии Армении Арутюнова Григория Артемовича, он спросил дяду Колю, что у них случилось, чем он обеспокоен? Дядя Коля сказал, что брат с войны не вернулся, мать плачет, нет никаких известий от Жоры. Арутюнов сказал скоро поедем в Москву постараемся оттуда найти. Когда они приехали в Москву Арутюнов посадил Колю в ставке Сталина на спец связь и приказал — “Обзванивай все фронты пока не найдешь!”. Отец рассказывает –“Сидим мы в землянке под Владивостоком, вдруг у землянки останавливается газик из него выскакивает полковник СМЕРШ и кричит – “Где сержант Давтян, бегом в машину !!!” и везет его к командующему армии. Отец заходит к командующему ни жив ни мертв, не зная что и думать, докладывает: “Сержант Давтян по вашему приказанию прибыл”, а тот ему говорит – “Телефон возьми Ставка на проводе.” Так дядя Коля нашел отца.

Георгий Давтян с фронтовым наградами

Георгий Давтян с фронтовым наградами

После победы над Японией отец возвращался домой через Москву, там у него был дядя Иван Николаевич, его старший сын Мушег (Михаил Иванович — замминистра танковой промышленности СССР) жена которого Тамара работала референтом у Калинина, младший сын Ивана Николаевича — Степик и его жена Клава, и дочка Ивана Николаевича — Анечка. Они предлагали отцу остаться в Москве, поступить там в институт, но отец решил вернуться в Ереван.

Георгий Давтян во время операции

Георгий Давтян во время операции

После войны отец поступил в медицинский институт, закончил его, женился на моей матери – Исаханян Нине Еремовне и его направили работать врачем в Клайпеду, в железнодорожную больницу. Там он получил звание инженер-лейтенант тяги. Оттуда его опять призвали в армию, на этот раз в качестве военного врача. Вначале он служил в Сызрани в летном полку, там в 1955 г. я и родился. Из Еревана пришла телеграмма – “Поздравляем с Ванушем”, так меня назвали Ванушем в честь брата бабушки Сируш, который погиб молодым, на него наехал оторвавшийся от поезда вагон. От этого у моей бабушки в молодости поседели волосы. Когда меня привезли из роддома домой, на машине командира полка генерала Попова, моя сестричка, ей было тогда 3 года, закричала: «Сережу привезли!!!» Так с детства меня и называли Сергеем.

Нина и Георгий Давтяны

Нина и Георгий Давтяны

Отец далее служил в Куйбышевском окружном военном госпитале, в отделении ухо-горло-нос (ЛОР отделение) и проверял летчиков на барокамере. Когда мы летали с ним в Ереван я удивлялся, что все летчики в аэропортах узнавали отца, вежливо с ним здоровались, подходили спрашивали: “Георгий Месропович, чем можем Вам помочь?”. Я спрашивал: “Пап, откуда они все тебя знают?” Он говорил, что часто принимает экзамены в летных училищах в составе медицинской коммиссии и многие летчики в дальнейшем проходят у него проверку на барокамере.

В Куйбышеве отец познакомился с генералом Штименко, которого перевели в Самару за какие-то грехи. Отец закончил в Ленинграде Военно-медецинскую Академию и привез нам оттуда телевизор «Рубин-102». Это был один из первых телевизоров выпускаемых в Советском Союзе.

Георгий Давтян в госпитале в Ереване

Георгий Давтян в госпитале в Ереване

В годы работы в Куйбышиве отец часто вылетал в Москву, там под Москвой, как врач-оториноларинголог он участвовал в работах по подготовке наших первых космонавтов к полетам  Леонова и Терешковой. В Куйбышевском окружном военном госпитале отец был секретарем партийной организации, это была генеральская должность. Но в Куйбышеве у меня началась бронхиальная астма, и меня изводили частые приступы. Причем, как мы только приезжали в Ереван, приступы как рукой снимало. В один из приездов в Ереван мать зашла в Ереванский военный госпиталь и познакомилась с начальником ЛОР отделения Кряжевым, который выразил готовность перевестись, по обмену, в Куйбышев. Итак, 10 января 1965 года мы всей семьей, в 30 градустный мороз, сели в самолет (кажется в ТУ-114) Ереван-Адлер и должны были уже вылететь, но просидев час в самолете, нас повезли назад в аэропорт, потому, что летчик отказывался вылетать из за неисправности самолета. Подвели рукав с горячим воздухом к другому самолету, отогрели его, и мы вылетели с опозданием на несколько часов в Адлер. В Адлере было настоящее лето, там мы два дня провели в гостинице, так как самолеты в Ереван летали не каждый день. Оказывается тот неисправный самолет вылетел на следующий день и разбился, и все наши родственники не знали, что и думать.

Георгий и Нина Давтяны с внуками

Георгий и Нина Давтяны с внуками

Когда мы прилетели в Ереван, нас встречал дядя Сашик на ЦК-овском ЗИМе. Дядя Сашик был начальником охраны Первого Секретаря Компартии Армении Антона Ервандовича Кочиняна.

В Ереванском Госпитале отец проработал с 1965 по 1976 годы на должности Начальника ЛОР отделения. Отделение его всегда было образцовым, и как правило, являлось победителем Социалистического соревнования в Госпитале. В Ереване отец получил звание Заслуженного Врача Армянской ССР. К боевым наградам у него добавилось и много наград за добросовестный труд. В честь 30 летия победы над Фашисткой Германией в 1975 году ему вручили памятную медаль и командование представило его к получению звания “Полковник” – как участника войны, отец представил имеющиеся у него документы, но там не хватало документа от одной воинской части, которая принимала активное участие в боевых действиях на Кавказском фронте. Отец обратился с письмом в Центральный военный архив, директором которого в это время был генерал Штименко, в ответ пришла бумага – “Давтян Геворг Месропович в вооруженных силах Советского Союза никогда не служил”. В госпитале посмеялись над столь наглой отпиской, предложили ему написать туда снова, но он отказался, тогда они предложили перевести его на полгода в окружной госпиталь в Тбилиси, на полковничью должность, но он не захотел жить там один без семьи.

Георгий Давтян в окружении своих близких

Георгий Давтян в окружении своих близких

Однажды, в 70-х годах отец поехал на войсковые учения в Нахичеван, когда они проезжали на «вилисе» мимо Джуги отец увидел на обочине столетнего старика, он приказал водителю остановиться и обратился к старику: “Отец в этой деревне когда то жил мой дед Давтян Николос — ты знал его?” Старик ответил: “Да, но во-первых не Давтян, а Тер-Давтян, во- вторых, пошли, я покажу тебе его могилу”, и напрямик, хромая, он быстро привел его к могиле деда. На могильном камне было написано «Тер-Давтян Николос». “А вон тот разрушенный дом”, — показал старик, – “это и есть ваш дедовский дом”. Пока они возвращались к машине старик начал хвастаться, что он такой старый, что помнит даже когда по вон тому мосту проезжал на коне Александер Македонский… Так моему отцу удалось увидеть могилу своего деда.

В отставку он ушел в звании подполковника медицинской службы. После отставки работал в поликлинике Лечебной комиссии, где консультантом был его однокурсник и друг детства, профессор Ким Гайкович Шукурян, затем работал в 16 и 32 поликлиниках г. Еревана.

Умер отец от сердечного приступа 28 октября 1998 года, в момент смерти, в шесть часов утра остановились настенные часы, и с тех пор, так и не ходят, хотя мы и пытались их запустить.

Именем отца я назвал своего младшего сына – Геворг или просто Жорик, он чем то очень похож на своего деда. Все говорят про него – “Астхов ерехае”.

 

Вануш Давтян

Со слов бабушки Сируш я составил родословную деда:

davtyan (1)

А это род моей бабушки Сируш:

davtyan (2)

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top