online

Романос Саакян. Ованес Шираз — в своей стихии

Ованес Шираз

Ованес Шираз

1

В зале Союза писателей Армении проводился литературный вечер, посвящённый обсуждению поэмы Ваагна Давтяна «Тондракийцы[1]«. С докладом выступил литературовед Ваче Налбандян. После детального анализа поэмы, в заключение, он сказал:

– Таким образом, армянская песня из церкви пошла в народ и получила его признание.

К слову сказать, всё это происходило в старом здании, ещё до его перестройки. Вдруг из ложи прогремел голос Шираза:

– Что за глупости? Разве можно пороть такую чепуху?! На самом деле, песня сначала из народа отправилась в церковь, там её обработали, а уже потом она вернулась в народ.

В зале разразился гомерический смех. Все обернулись на голос Шираза, а он тем временем уже покинул зал.

 

2

Свою первую книжку стихотворений под названием «Весенняя легенда» я подарил Ширазу с сердечной надписью. Спустя неделю мы случайно встретились около здания оперного театра, где он беседовал с литературоведом Гарегином Овсепяном.

– Эй ты, чокнутый, всё написанное тобой – что яйцо без белка, – накинулся на меня Шираз. Твоих мысли насыщены философией, это как раз мне нравится. Но желтка много, разбавь чуток водой.

– Шираз джан, если добавит воды, жидковато получится, – вставил Гарегин Овсепян.

– Не беспокойся, этот малый моего сада плоды срывает…

– Паруйр Севак говорил мне, что ему нравятся стихотворения Романоса, значит, он не твоего поля ягода, – заупрямился он.

– Жидковата твоя критика… – сказал в заключение Шираз и залился смехом.

 

3

Июнь 1971 года. В зале заседаний Верховного Совета, что на улице Мелик-Адамяна, проходил съезд Союза писателей Армении.

Один из выступавших, говоря о современных достижениях науки, с особым пафосом неоднократно повторял, что если бы в наши дни не было полёта научной мысли (отмечая имена Циолковского, Цандера[2], Королёва), навряд ли состоялись бы полеты в космос.

Шираз, взорвался, прямо со своего места прокричал:

– Эй ты, не говори глупостей. Эта идея возникла от сказочных ковров‑са­молётов…

Зал взорвался гомерическим хохотом. Таков был Шираз.

 

4

Однажды Шираз, Сурен Агабабян и Сурен Штикян вели беседу у родника-памятника Саят-Нова. Подойдя к Ширазу, я передал ему книгу, которую он просил меня принести. Шираз, обращение которого ко всем, в основном, звучало «лиса», сказал:

– Какой ты могучий, лис…

Агабабян, смеясь, спросил Шираза:

– А почему могучий?

– Так ты не знаешь, что по-гречески «Романос» означает могучий? – удивился Шираз.

В это время группа девушек стайкой подошла к Ширазу:

– Здравствуйте, варпет, мы Вас очень любим…

– Как тебя зовут? – спросил он одну из них.

– Рубина…

– А тебя? – спросил он другую.

– Озита…

– Эх вы, а говорите, что очень любите меня…

Девушки, как подошли стайкой, так и убежали, – пристыженные.

 

5

До Шираза дошли слухи, что сатирик Горизон (Грант Казарян) пародирует его. При этом говорили, что в своём репертуаре он часто повторяет этот номер. Однажды мы повстречали Шираза возле его дома. Нансен Микаелян прямо на ходу прочёл несколько пародий: все весело посмеялись. А когда кто-то из ребят напомнил о Горизоне, к нашему удивлению Шираз сказал:

– Эй, Нансен, мне бы хотелось увидеть игру Горизона.

В восемь часов мы сопроводили Шираза в Дом работников искусства, где должно было состояться выступление Гранта Казаряна – Горизона. Устроились в ложе, конечно, втайне от Шираза. Шираз, посмотрев на своё копирование, казался приятно удивлённым, однако всё время что-то бормотал себе под нос. После выступления мы удалились из зала, так же тайно, как и пришли. По дороге Шираз воодушевлённо говорил на разные темы, а о Гранте – ни слова. Нансен не выдержал:

– Шираз джан, тебе понравилось «исполнение» Горизона?

Шираз неожиданно расхохотался, затем хриплым голосом произнёс:

– Да разве это Шираз? Сумасбродство отсутствует напрочь…

 

6

Шираза народ очень любил, однако власти не всегда мирились с подобным положением вещей. Как-то раз мы с Ширазом повстречались на площади. Свою книгу «Чему учат басни» он надписал и подарил мне. В книжном магазине №1, который располагался на площади, собралось довольно много поклонников Шираза, и все просили его поставить автограф на этой книге. Одному из работников Мясникянского райкома не понравилось это стихийное «сборище», и он в форме приказа распорядился:

– Шираз, раздавай свои автографы на улице.

Шираз, надписывая книги на улице, шутил:

– Эй, вы все, поняли, почему меня попросили выйти? Просто до них дошёл смысл моих басен.

Затем обернувшись ко мне, державшему в руках связку его книг, произнес:

– Слушай-ка, говорят Горизон работает недалеко от Мясникянского райкома. Как только увидишь его, скажи, чтобы не очень-то меня изображал, а то и его станут преследовать…

 

7

15 апреля 1965 г. в зале биологического факультета Гос. университета проходила встреча с Ширазом. В те дни праздновали 50-летие Шираза. Царила теплая атмосфера: декламировали его стихи, пели песни на его тексты. В конце произносились поздравления, дарили букеты.

Шираз был на вершине счастья.

Какой-то студент расцеловал Шираза и водрузил красную розу в нагрудный карман его костюма.

– Да ты что, неужто здесь есть карман? – искренне удивился Шираз.

Это был наш любимый Шираз, и мы от всей души рассмеялись. Между тем, этот костюм он носил уже несколько лет.

 

8

Шираз, Людвиг Дурян и Нансен Микаелян стояли под деревьями, на тротуаре находящейся возле Оперного театра улицы, и вели беседу. Мы с группой товарищей, среди которых были Давид Ованнес, Артем Арутюнян, Генрих Эдоян, Давид Багдасарян и я, подошли к ним.

– Привет варпету Ширазу, – в один голос произнесли мы.

– Привет большим и малым лисам, – пошутил Шираз.

Посмеялись, развеселились. Шираз был навеселе, и острил вовсю. В это время издалека стал приближаться поэт Сармен.

– Здравствуй, Шираз, как поживаешь? – сухо вопросил Сармен.

– Здравствуй, лиса, ты как? – поздоровался Шираз и крепко ухватил его за воротник пиджака. Мы хохотали, а Шираз всё не отпускал Сармена и при этом непрерывно повторял:

– Читайте Сармена, читайте Сармена, он автор гимна Армении…

– Шираз джан, зачем читать, ведь он слабый поэт, – прошептал один из наших товарищей.

– Эх вы, глупцы, читайте, чтобы знать, как не надо писать.

Захохотали не только все мы, гуртом, но и ставшие свидетелями прохожие.

 

9

Молодой поэт, которому, кстати, Шираз много раз помогал в его будничных заботах, часто передавал в Союз писателей весточки о Ширазе, однако ни разу не приносил сведений оттуда. Ширазу рассказали об этом. И когда Шираз как-то раз случайно его встретил на улице, кольнул его, приветствуя словами:

– Как жизнь, односторонний шпион?

 

10

Ходили слухи, что Шираз долгие годы не разговаривал с сатириком и переводчиком Суреном Вауни. Однажды они случайно повстречались в саду напротив оперного театра, там, где теперь стоит памятник Мартиросу Сарьяну. Шираз, по рассказу свидетеля этой встречи Нансена Микаеляна, сердечно поприветствовал Вауни:

– Здравствуй, Сурен, как поживаешь, лиса?

Вауни не только искренне удивился, но и настолько взволновался, что уронил папку, которую держал подмышкой:

– Спасибо, хорошо, а ты как?..

Шираз со свойственной ему безмятежностью, шутливо «ужалил» словами:

– Эй ты, Сурен, недавно прочёл твоё имя в энциклопедии.

То было в 1964 году, и об армянской энциклопедии пока ещё не было и речи.

Поэтому Вауни с удивлением спросил Шираза:

– В какой такой энциклопедии, Шираз?

– О ядовитых змеях Армении, – ответил Шираз (имея в виду книгу Вахтанга Ананяна «Ядовитые змеи Армении»).

Говорят, после этого они опять перестали разговаривать друг с другом.

 

 

11

Из рассказа литературоведа Самвела Мурадяна. Как-то раз они стояли с Ширазом возле его дома и оживленно беседовали. Подошел литературовед Левон Батикян (между прочим, он написал книгу о стихотворениях Шираза, посвящённым матери, материнской теме) с каким-то пакетом подмышкой.

Они обнялись, поцеловались. Шираз спросил:

– Эй ты, Левон, что это держишь подмышкой?

– Рыбу, ишхан, Шираз джан.

– Да ты что? – удивился Шираз. – Эй ты, чокнутый, Шираз вчера был на Севане, ему и не предложили попробовать ишхана, откуда тогда это у тебя?!

Левон развернул пакет, и Шираз с друзьями увидели, что это обыкновенная рыба, выращенная в озере Акна (Айгр). Лицо Левона было рябое, с уродливыми оспинами. Намекая на это, Шираз сказал:

– Эй ты, тронутый, это такой же ишхан, как если бы всё живое на земном шаре погибло, остался бы ты один, и сказали бы: это – человек…

 

12

Директор издательства «Советский писатель» Геворг Айрян, желая материально помочь Ширазу, назначил его главным редактором издательства, поставив при этом условие, что тот будет работать дома. Между прочим, работая на этой должности, Шираз со вкусом оформил и издал книги Иоаннеса Иоаннесяна и ряда других писателей.

Айрян заметил, что Шираз стал часто появляться в издательстве и своими забавными беседами отрывать сотрудников от работы. Айрян своей собственной рукой написал приказ и повесил его на стену. Вот текст приказа: «Гениальному армянскому поэту, главному редактору издательства «Советский писатель» объявить выговор за явку на работу».

Сотрудники Геворг Аршакян, Геворг Деврикян, Араксия Кишоян, Амалия Гукасян вместе с другими собравшимися в коридоре, читая приказ вслух, громко хохотали. Из одной из редакторских комнат вышел Шираз, продираясь сквозь толпу, приблизился к доске объявлений. Я подошел в тот момент, когда Шираз вдохновенно хохотал:

– Надо же, как остроумно написано, это я заберу, надо сохранить.

Сорвал листок с приказом и быстрыми шагами вышел из здания. Говорят, после этого он стал весьма редко появляться в издательстве.

 

13

Шираз вместе с несколькими друзьями ходил взад-вперед по площади перед кинотеатром «Москва» и Союзом художников. Открылась новая выставка работ художников, и площадь была многолюдна. К фонтану подъехала машина, и из неё вышли Карен Демирчян, Бабкен Саркисов (в то время он был председателем Верховного Совета) и Ованнес Багдасарян. Многие подошли и поприветствовали идущих на художественную выставку руководителей. Демирчян обнял Шираза и спросил:

– Как ты? Здравствуй, Шираз.

– Хорошо, царь.

Демирчян и многие другие раскатисто рассмеялись.

– Здравствуй, Шираз, – сказал Бабкен Саркисов.

– Здравствуй, Саркисов, – сухо ответил Шираз.

– Здравствуй, Шираз, – звонким голосом произнес Ованнес Багдасарян.

– Здравствуй, Багдасаров, – съязвил Шираз.

– Но почему Багдасаров? – спросил Ованнес Минаевич.

– А затем, что все вы перевертыши, не настоящие представители своей нации, а так себе, шиворот-навыворот, как Саркисов…

Ованнес Багдасарян, почувствовав себя униженным, тем не менее ничего не стал говорить в ответ, просто удалился, поскольку знал об авторитете, которым Шираз пользовался у народа.

 

14

(Из услышанного)

Секретарь ЦК КП Армении Яков Заробян в праздничные дни всегда шел к площади пешком, вместе с народом. В день празднования Первомая Заробян увидел Шираза, стоящего в одиночестве на перекрестке улицы Амиряна и сегодняшнего проспекта Маштоца и не участвующего в торжественном параде. Он подошел к нему, тепло поздоровался и спросил:

– Шираз, чего один стоишь, не идешь на площадь?

– А потому, что львы всегда гуляют одни, это волки ходят стаями. В ответ на услышанное Заробян весело засмеялся и бодро примкнул к участникам праздничного шествия.

 

15

Последнее высказывание Шираза, оказавшееся единственным

Карен Демирчян очень любил Шираза и ценил его. Узнав о том, что Шираза в бессознательном состоянии увезли в больницу, он оставил все срочные дела и тотчас же отправился туда и сделал всё для его спасения, в том числе, пригласив особую группу врачей из известной кремлевской больницы. Множество выдающихся врачей свыше 24 часов боролись за жизнь Шираза, но, к сожалению, не смогли ничего сделать. Всё это время Демирчян не покидал больницы.

Через несколько месяцев после смерти Шираза одна из медсестер рассказала очень трогательную историю. Часа за два до кончины Шираз открыл глаза и, узнав Демирчяна, хриплым голосом, в свойственном ему стиле произнес:

– Это ты, царь?..

Шираз закрыл глаза, Демирчян, чувствуя, что у Шираза начинается предсмертная агония, со слезами на глазах, отошёл на несколько шагов и, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать, закурил. По рассказу медсестры, весь медперсонал больницы, собравшийся в коридоре, был удивлен и взволнован состоянием Демирчяна. Примерно через два часа Шираз скончался. Это было 14 марта 1984 года. А спустя месяц, 27 апреля Ширазу исполнилось бы 70 лет.

Похороны Шираза приобрели всенародный характер, на них участвовало около миллиона человек. Уже в качестве свидетеля я сам видел, как Карен Демирчян нёс гроб с телом Ширазом, вместе со всеми пешком провожая его от здания оперы до пантеона в парке имени Комитаса.

Великие издалека замечают друг друга. Карен Демирчян был по-человечески потрясен и охвачен болью от потери гениального поэта и от той горькой мысли, что всего месяцем позже Ширазу должны были присудить звания академика и героя труда. Утрата великих – тяжелая потеря, вот почему это всенародное горе Демирчян переживал и как своё личное.

 

Романос Саакян

Перевела Эринэ Бабаханян

 _____________

[1] ТОНДРАКИЙЦЫ (тондракиты), участники еретического движения в средневековой Армении (30-40-е гг. 9–сер. 11 вв.), получившие своё наименование от названия селения Тондрак (к северу от озера Ван) – центра движения еретиков-тондракцев, последователей павликиан.

[2] Цандер Фридрих Артурович (1887, Рига – 1933, Кисловодск), советский учёный и изобретатель в области теории межпланетных полётов, реактивных двигателей летательных аппаратов, один из пионеров ракетной техники.

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top