online

«Пред мраморной вершиной Арарата…»

ryurik_ivnevРюрик Ивнев (настоящее имя Михаил Александрович Ковалёв; 11 февраля (23 февраля) 1891, Тифлис, Российская империя, — 19 февраля 1981, Москва, СССР) — русский поэт, прозаик, переводчик.
Родился в революционно настроенной дворянской семье. Отец, Александр Самойлович Ковалёв, был капитаном русской армии и служил помощником военного прокурора Кавказского Военно-Окружного суда. Мать, Анна Петровна Принц, происходила из голландского графского рода. После смерти мужа в 1894 году была вынуждена одна воспитывать двоих сыновей, работала в женской гимназии в Карсе, где и прошло детство Ивнева.
В 1900 году будущий поэт поступил в Тифлисский кадетский корпус, где проучился до 1908 года и познакомился с будущим героем гражданской войны Павлом Андреевичем Павловым. Также огромное влияние на него оказала сестра матери, эсэрка Тамара Принц.
По окончании кадетского корпуса Ивнев поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского Императорского университета, но вскоре был вынужден перевестись в Москву. Перевод был связан с недовольством его сотрудничеством с большевистской газетой «Звезда». В 1912 Ивнев окончил юридический факультет Московского университета.
В 1910-х гг. входил в московскую футуристическую группу «Мезонин поэзии».
После победы Октябрьской революции становится секретарем Луначарского. Одновременно сотрудничает с газетой «Известия ВЦИК», принимает участие в работе IV Чрезвычайного съезда Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов.
В 1919 году Ивнев командирован на юг в качестве заведующего оргбюро агитпоезда им. А.В.Луначарского. Посещает Украину и Грузию. Вернувшись в Москву, 1921 году возглавляет Всероссийский союз поэтов. В этот период начинается сближение Ивнева с имажинистами. В их издательстве выходят сборник его стихов «Солнце во гробе» и брошюра «Четыре выстрела в четырёх друзей».
В 1925 году принимает участие в составлении сборника воспоминаний о Сергее Есенине в числе других его друзей. В дальнейшем Есенин часто фигурирует в мемуарной прозе Рюрика Ивнева.
До 1931 года Ивнев активно путешествует от Закавказья до Дальнего Востока, от Германии до Японских островов, в качестве спецкора журналов «Огонёк» и «Эхо» и газеты «Известия». В 1931 году переезжает в Ленинград, где приступает к работе над автобиографическим романом «Богема».
В годы Великой Отечественной войны Ивнев работает в газете «Боец РККА». В послевоенные годы — активно издаются новые его сборники, как поэтические, так и прозаические.
До последних дней своей жизни Рюрик Ивнев не прекращал работы, активно помогал молодым литераторам. Умер за письменным столом за три дня до своего 90-летия. Похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве, на Васильевской аллее.

В развалинах Ани

Мы въехали верхом в разрушенные стены,
Остатки древнего величия Ани.
Казалось мне, что вот — затеплятся огни,
И город зашумит, восстав живым из тлена.
И загудят опять забытые арены…
Но день был тих, как ночь, мы ехали одни,
Над нами веяли исчезнувшие сны,
А здесь, внизу, все шло без перемены.
Заброшенные в древний мир судьбой,
Среди руин церквей бродили мы, как дети.
Над нами свод небес прозрачно-голубой,
Он был свидетелем промчавшихся столетий.
А тени их, уставши от бессмертья,
Ворвались в жизнь веселою гурьбой.

1912 Карс

 

Мой Карс

Меня дразнили мальчишки,
Высмеивая мой Карс:
«В нем пыльно и скучно слишком,
Не то что в столицах у нас».
Я отвечал им: пусть я
До ваших столиц не дорос,
Я рад, что в глухом захолустье
Мне летом жить довелось.
В столицах тенистые парки
И важные господа,
А в Карсе пыльно и жарко,
Но веселы мы всегда.
Шарманщик живет привольно,
Хоть нет за душой ни гроша.
Никто не крикнет: «Довольно!
Порядок не нарушай!»
В огромных ваших столицах
С печатью ума на лбу
Найдется ли карская птица,
Предсказывающая судьбу?
Вытягивая билетик,
Ты получаешь ответ:
Проживешь на земле не столетье,
А всего девяносто семь лет.
Разве это не лучше всех парков
И причесанных улиц столиц?
Ну и пусть у нас пыльно и жарко,
Но зато столько сказочных птиц!

1913
Карс

 

Арарат

Быть может, все, что видел я когда-то:
Простор полей, и Тихий океан,
И дней мятежных длинный караван, —
Должно погаснуть, точно луч заката,
Пред мраморной вершиной Арарата.
Быть может, я пришел к заветной цели,
И больше нет желаний никаких,
И я стою у общей колыбели
Моей судьбы и судеб мировых.
И все, что ум и сердце волновало,
Смятение взволнованной души,
Вдруг отошло, и в мертвенной тиши,
Переливаясь радугой опала,
Одна вершина предо мной сверкала.

1936
Ереван

[fblike]

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top