online

Надежда Никитенко. Триумф братьев

ЛИТЕРАТУРА

«Наша среда online» —  Продолжаем публикацию книги Надежды Никитенко «От Царьграда до Киева. Анна порфирородная. Мудрый или Окаянный?». Благодарим автора за разрешение на публикацию!

АННА ПОРФИРОРОДНАЯ

Триумф братьев

Весна 988 г. пришла неожиданно быстро, зимы как бы и не бывало. Варда Фока, которого мятежники уже величали «василевсом ромеев», закончил последние приготовления к штурму Константинополя. Напротив столицы, на азиатском берегу Босфора, он построил крепость, контролировавшую вход в гавань. В константинопольских храмах шли непрерывные молебны в защиту богохранимого града и законных василевсов.

Вскоре после Пасхи к Василию II прибыл посланный Владимиром русский отряд и, узнав об этом, узурпатор решил ускорить события. Но Василий перехватил у него инициативу: завязав тайные переговоры с начальником константинопольской гавани, он ночью переправил на азиатский берег сухопутные войска с русскими союзниками. Они обошли лагерь мятежника с тыла и спрятались в засаде. На рассвете корабли Василия, оснащенные страшным «греческим огнем», сжигавшим врага в воде и на суше, неожиданно появились перед крепостью. Мятежники, возглавляемые комендантом Дельфинасом, вышли им навстречу, но были атакованы с тыла и сброшены в пылающее огнем море.
Василий II выиграл у Варды Фоки первую решающую битву под Хрисополем. О победе дали знать в Киев, и Владимир, как было договорено с Василием, повел дружину к днепровским порогам, где намеревался встретить византийскую миссию, которая должна была привезти ему коронованную невесту. Князь остановился лагерем в опасной печенежской степи, но в конце лета понял, что ожидание напрасно, Анна к нему не приедет. Подозревая обман, Владимир пригрозил Василию, что отзовет русский корпус, и тогда император останется один на один в борьбе с еще сильным Вардой. Искусная византийская дипломатия приложила немало усилий, дабы убедить князя в верности императоpa своим клятвенным обязательствам. Однако Владимир хорошо помнил коварство Василия, жестоко обманувшего предыдущих женихов Анны. Стороны сошлись на том, что Анна приедет на Русь с наступлением теплого сезона в следующем году, но еще до последней решающей битвы с узурпатором.

В этот раз инициативу в развитии событий взял в свои руки Владимир. С наступлением весны 989 г. князь начал подготовку похода на Херсон — опорный пункт византийцев в Крыму. В апреле он уже стоял под стенами Корсуня — так на Руси называли византийский Херсон, античный Херсонес. Князь ожидал результатов решающей битвы с Вардой Фокой под Авидосом, чтобы силой оружия заставить Константинополь выполнить условия соглашения. Чьей бы победой не закончилась эта битва, князь должен получить руку Порфирородной и связанные с этим привилегии. К тому же Анна была с ним помолвлена, и считалась по законам тех времен его женой, которую князь желал непременно ввести в свой дом. Иначе его ожидали бесславное поражение и неслыханный позор на весь мир. Владимир никоим образом не хотел быть еще одним обманутым и поруганным женихом.

Наступил апрель 989 г., страна ромеев благоухала ароматами раннего лета. Цветущие сады и поля, сверкающее под солнцем мириадами звезд лазурное море, изумрудные склоны над ним — все распевало птичьими голосами радость бытия. Под мирным небом сновали люди, озабоченные своими делами. Столица, казалось, забыла об опасности, грозившей ей с противоположного берега Босфора. Все словно погрузилось в мир и безмятежное спокойствие.

Но то было обманчивое впечатление. Византийская столица напряженно следила за развязкой политической драмы, а противники готовились к решающей битве. Император решил опередить события. В ночь на 13 апреля Василий, вооружив огненосные корабли, неожиданно переправил фаланги на малоазийский берег, и с первыми лучами солнца в лагерь мятежника поступило ужасающее известие: василевс у Авидоса! На взморье уже пылали корабли узурпатора, и этот огненный вихрь сопровождался оглушительными звуками боевых труб императорского войска — подобно иерихонским горнам, они предвещали падение осажденной крепости. Царь выстроил войско на берегу моря и готовился к атаке.

Быстро выведя войско из крепости, Варда Фока выстроил его на равнине перед холмами, и обе армии стали друг против друга. Выдвинувшегося далеко вперед конного Варду окружали ряды пешего отряда воинственных иверов (грузин). Варду выделял серебряный конический шлем с пучком окрашенных в алый цвет конских волос и кольчужная полумаска. Знатный мятежник и его конь были убраны в раззолоченную броню, а на голове подкованного золотом коня Варды красовалась алая кожаная маска в виде оперенной шапки с прорезями для глаз.

Императоры Василий и Константин, сидя на конях, находились в боевом строю. Впереди императорских войск стояли русы, их железные панцири и окованные деревянные щиты, которые они выставили перед собой, образовывали сплошную стену, сиявшую на солнце металлическим блеском. Некоторые, самые знатные из них, были убраны в повторявшие черты лица серебряные маски и островерхие позолоченные шлемы. Маски, служившие для защиты лица от ранений, обладали и особой магической силой, отпугивавшей противника. Еще больший ужас на него наводило то, что телохранителями молодых императоров были 12 безумно отважных варягов-берсерков, избранных воинов Одина, бога войны у скандинавов. Неистовых в бою берсерков, обладавших сверхъестественной силой, не могли поразить ни железо, ни огонь, и это демонстрировали их сильные обнаженные торсы. Говорили, что они бросаются вперед бешено, как волки, сильны, как медведи или вепри, и убивают людей с одного удара. Над ними развевался на ветру белый шелковый стяг с вышитым на нем черным вороном — птицей Одина; казалось, будто ворон, держащий в когтях магическую силу, расправляет крылья. Это был хороший знак, ведь развевающийся священный стяг нес победу.

Как всегда, битва должна была начаться поединком сильнейших витязей. Из рядов мятежников выехал сам командующий — могучий великан Варда Фока, от которого, как говорили, враги бежали целыми фалангами. Мигом стал перед своим войском небольшой всадник в пурпурных сапожках — царь Василий: Давид принял вызов Голиафа! Войска замерли: что победит — сила тела или сила духа?

Дабы вселить в Варду уверенность, один из братьев Мелиссинов, поддержавших бунтовщиков, стал издали оскорблять императора. Это было невыносимое для сердца ромея оскорбление величества. Тогда второй брат, не вынеся злословий в адрес василевса, ударил святотатца и заплакал, но не от ужаса содеянного им, а от осознания великого греха, совершенного братом.

Узурпатор нервничал, едва сдерживая коня, которому передалось настроение всадника. Вдруг, не выдержав нервного напряжения, Варда дико вскрикнул и помчался в бешеном гоне на василевса, который, как казалось, спокойно ожидал противника, твердо и прямо сидя на любимом коне. Волнение, сдерживаемое могучей волей, выдавало себя лишь бледностью лица. Неподвижный, словно статуя, он держал в одной руке меч, а второй прижимал к груди небольшую икону Богородицы. Затаив дыхание, обе армии ожидали начала поединка. Но в то мгновение, когда узурпатор был уже в нескольких шагах от Василия, конь Варды вдруг встал дыбом, резко осажденный всадником. На узурпатора навела ужас чудотворная икона в руке царя, он не мог поднять меч на Владычицу!

Все с удивлением увидели, как конь Варды метнулся в сторону, вылетел на ближайший холм и остановился как вкопанный. Узурпатор соскочил из коня, лег на землю и внезапно умер.

Смерть Варды повергла мятежников в ужас: сама Богородица встала на защиту законной власти! Это Она не позволила поднять руку на боговенчаного василевса! Так Василий II своим мужеством и умом выиграл поединок. Войско Варды охватила паника, обратившая его на беспорядочное бегство, во время которого большинство мятежников были перебиты. Отличился здесь и василевс Константин, который ловко орудовал копьем, догоняя убегающего врага. Константин показал всем, что не является трусом. Перед битвой он выехал из-за фаланги русов и, потрясая длинным копьем, пытался вызвать Варду на поединок: Константин любил позировать перед публикой. Но узурпатор не принял его вызова, он вознамерился, во что бы то ни было, обезглавить войско, убив самого Василия. А в конечном итоге потерял собственную голову.

Вместе со всем Константинополем Анна радостно встречала братьев-триумфаторов. Молодые императоры в праздничных доспехах торжественно вступили в столицу под звуки музыки, их сопровождали приветственные кличи и славословия публики, а перед ними несли боевые трофеи и гнали пленных. Толпа плевала вслед посаженой на копье голове Варды Фоки, выкрикивая проклятия и насмешки в адрес мятежников, вожаки которых на потеху публике ехали верхом на ишаках, посаженые лицами к их хвостам.

Однако опасность узурпации власти не была окончательно устранена. На свободе оставался еще один мятежный феодал — Варда Склир, возобновивший свои посягательства на престол. Красные сапожки на ногах уже старого, но увенчанного славой побед полководца, не давали покоя Василию. Слишком хорошо знал император этого сильного во всем человека. Слава пришла к Склиру еще в начале его карьеры полководца. Это было тогда, когда Иоанн Цимисхий, женатый первым браком на сестре Склира Марии, дал ему титул доместика Запада и послал во Фракию против Святослава, который успел покорить Болгарию и наступал на Константинополь. Русы действовали совместно с болгарами, печенегами и венграми, составляя вместе с ними огромное войско, в более чем триста тысяч воинов.

Первая встреча с русским князем состоялась под Аркадиополем, где закрылись ромеи. У Склира было лишь двенадцать тысяч воинов, и он решил победить врага военным искусством, хитростью и неожиданными атаками. Ему удалось завлечь войско противника в засаду и разбить его по частям. Когда враг пустился наутек, Варда узнал, что основные силы русов выстроились в фаланги и готовы к бою. Ромеи во главе с Вардой пошли в наступление. Неожиданно огромный богатырь вырвался из рядов русов и помчался прямо на Варду. Великан ударил Варду мечом по шлему, однако меч соскользнул — и полководец остался невредимым. Тогда и Варда ударил врага по шлему. Его удар имел такую силу, что великан был разрублен на две части. Патрикий Константин, брат Варды, поспешил ему на помощь, ибо на Варду напал другой русский воин. Подняв меч, Константин ударил им врага, однако промахнулся и поразил его коня так, что отделил голову от туловища. Враг упал, а Константин соскочил с коня и, схватив поверженного руса за бороду, заколол. Подвиг обоих братьев, пробудив отвагу ромеев, вызвал ужас у врага, который, убегая, усеял равнину мертвыми телами. Лишь ночь спасла его от полного разгрома…

Еще один случай, связанный со Склиром, вспомнил Василий II. Это была славная победа Иоанна Цимисхия под Доростолом, когда едва не погиб сам князь русов Святослав. Тогда император назначил командующим Варду Склира, проявившего блестящий талант полководца и личное мужество. Разве такой храбрый и сообразительный муж, как Склир, откажется от своего замысла? — думал Василий. Нет, он будет бороться за престол до конца своих дней! А это обернется большой кровью.

Беда была устранена лишь мудростью василевса. Не желая проливать ромейскую кровь, он завязал переговоры со Склиром и договорился о встрече в одном из своих загородных имений. По военному обычаю, император встретил старого ветерана в царском боевом шатре. Склира еще издалека ссадили с коня и провели к василевсу. Увидев полуслепого немощного старого полководца, ведомого под руки слугами, император насмешливо бросил окружению: «Того, кого я страшился, ныне ведут как просителя».

Высокий и все еще статный Склир изо всех сил пытался сохранить царское достоинство. Он шел в полном царском наряде, который должен был снять с себя перед шатром василевса. То ли из-за забывчивости, то ли преднамеренно он, сбросив порфиру, оставил на ногах красные сапожки — знак царской власти. Разгневанный василевс закрыл глаза, давая понять, что не желает видеть самозванца. Узнав об этом, старик разулся и вошел в шатер как простой смертный. Царь быстро поднялся ему навстречу, они обменялись поцелуями и распили кубок мира, причем Василий первым пригубил вино, чем развеял подозрения в отравлении и засвидетельствовал святость мирного союза.

Зная мудрость старого Склира, император спросил его: как сохранить нерушимость власти? И «негодный старикашка», как впоследствии назвали Склира возмущенные его ответом царю феодалы, посоветовал Василию упразднить все высшие должности, обирать военную знать с помощью все новых налогов, не вводить во дворец женщину, никого к себе не приближать и держать в тайне свои помыслы. Этим советам Василий следовал всю свою жизнь, и его самодержавное правление было наиболее длительным и славным в Византии.

 

НАДЕЖДА НИКИТЕНКО

Продолжение

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top