online

Мозаика Еревана. Варжапет

ПорМозаика Ереванатал «Наша среда» продолжает публикацию глав из книги Эдуарда Авакяна «Мозаика Еревана». Благодарим переводчика книги на русский язык Светлану Авакян-Добровольскую за разрешение на публикацию.

Предыдущие главы:

МУЖИ И ОТЦЫ ЕРЕВАНА

ШАЛЬНЫЕ ЕРЕВАНЦЫ

ВАРЖАПЕТ

Так его и величали Варжапет (учитель), без имени и фамилии, и все потому, что годы назад, когда большевики еще не пришли к власти и не перевернули в стране все с ног на голову, он тихо и мирно учил детей в приходской школе. Школа находилась во дворе церкви Катогике в старом ветхом доме. Классная комната представляла большой зал с деревянным полом и неоштукатуренными стенами.

Ученики рассаживались рядами на старых подстилках, принесенных из дома, прямо на полу. Как только начинался урок, варжапет (учитель), неизвестно почему, брал в руки длинную палку, стоявшую в углу, и начинал медленно ходить между детьми. Когда его спрашивали: «Для чего палка?» — он отвечал: «Какой же пастух без палки!» И продолжал свое медленное хождение по рядам, повторяя сказанное несколько раз, доказывая, что повторенье — мать учения!

Однажды, когда он снова повторил эти так любимые им слова, один из остроумных учеников неожиданно громко спросил: «А кто отец?» — «Молчать!» — заорал Варжапет, поднял палку, и его рука застыла в воздухе прямо над головой шутника. Добрый у него был характер, не мог он ударить беззащитного мальчишку!

Варжапет знал наизусть много текстов на грабаре — древне-армянском языке, любил декламировать, помахивая при этом палкой. И всегда подмигивал правым глазом, закрывал его, а левым зорко следил за теми, кто был невнимателен и не слушал его.

Зима прошла, дождь прошел.
И все ушли…

Но в тот год случилось так, что зима запаздывала. Большевики закрыли церковь и разогнали всех ребят приходской школы. Многие стали учениками новых советских школ. Но Варжапета не приняли на работу ни в одну из них. «Ты — варжапет, — говорили ему, — а нам нужен учитель!»
У Варжапета была большая семья: старенькая мать, тетка-хромоножка, жена и дети. Сколько было детей, он и сам не знал, особенно теперь, когда лишился работы. Случалось, его спрашивали: сколько у него детей, он только качал головой, улыбался и говорил: «В приходской школе все были моими детьми!»

Он очень любил книги. Весь дом у него был в книгах. «Мои дети — мои книги! — любил тихо произносить Варжапет. — Ни хлеба не просят, ни воды. Говоришь с ними — говорят, молчишь — и они молчат, не то, что эти озорники! — и показывал на своих ребятишек. — Откроют глаза, и сразу хлеба просить начинают!

Чтобы как-то содержать семью, он начал продавать книги. Детей было жалко, они все время просили есть… Когда кончились книги, он стал покупать в книжном магазине дешевые книги, а потом ходил по улицам и предлагал прохожим немного дороже.

В черной шляпе с широкими полями, которую он когда-то давно приобрел в магазине купца первой гильдии Ага-Егиазаряна и которой очень гордился, с книгами в карманах старого пиджака и в руках, он ходил по улицам вверх-вниз и каждому встречному, знакомому и незнакомому, предлагал:

— Книжки купите, пожалуйста, джаним!

Это «джаним» было для него словом, означавшим внимание.

— Какие у тебя книги? — спрашивал его кто-нибудь просто так, ради словца. — Хорошие?

— Какая книга плохая?! Книга или хорошая, или очень хорошая, — говорил Варжапет, доставал из-за пазухи книгу в черном переплете и тихо добавлял: «Хент» Раффи, «Хент»!

— А ты сам чей хент? («хент» — шальной!) — издевались над ним. — У людей денег на хлеб нет, а ты книги суешь!

Варжапет не обижался, не печалился, он только тихо, чтобы никто не услышал, шептал: «Как знать ослу вкус миндаля!»

И продолжал ходить вверх и вниз по улице Астафьян, где было много магазинов и всегда многолюдно.

Отличный и известный в городе портной Арташес, который шил людные пальто для «джоджер», так называли богачей, тоже очень любил книги.
Варжапет, надвинув до глаз свою широкополую черную шляпу, входил в мастерскую портного Арташеса и без приветствия сразу предлагал ему: «Я тебе новую книгу принес, джаним!»

Портной Арташес втыкал иглу в красную подушечку, откладывал наперсток, прилаживал очки.

— Давай посмотрим, — только и произносил он и брал у Варжапета книгу.

— Иоаинес Иоаннесян, «Стихи», издание 1908 года, джаним. — Потом он быстро забирал у портного Арташеса из рук книгу, открывал ее на одной из страниц и начинал читать с выражением «Бей молотом по наковальне кузнец! Бей молотом: звенья да крепнут цепей!»

— Э-з-э, Варжапет, — позевывал портной Арташес, — ты лучше эту книгу кузнецу Аршаку отнеси. Он умеет бить молотом. А мое дело игла и наперсток, ты разве не знаешь?!

— Что же мне тебе дать? Чего ты хочешь, джаним?

— Из древней истории нашей армянской. Как мы воевали. Я совсем малым был, но помню, как Урфу защищали. Как же тогда наши турок прижали!

Варжапет давно знал его историю. Он стоял и листал книгу.

— А ты послушай из «Князя Сюника», о предателе Васаке.

— Нет, не хочу, не хочу! Не называй имя этого предателя. В нашей защите Урфы предателей не было. Все храбрецы! Нет, давай другую.

— Не хочешь «Хента» Раффи?

— Я уже «Хента» купил.

— Ладно, пойду к кузнецу Аршаку. Я тебе завтра что-нибудь принесу.

В кузнице Аршака шумели меха, вырывалось пламя, а с наковальни летели искры. Варжапет боязливо приблизился к наковальне, где кузнец Аршак вертел в руке раскаленный кусок железа.

«Бей молотом по наковальне, кузнец!» — произнес воодушевленно Варжапет.

Кузнец Аршак отбросил в сторону молот и почерневшими руками взял книгу. Но Варжапет, видя его грязные пальцы, невольно отобрал книгу. Нельзя притрагиваться к книге грязными руками! Но вспомнил дом, голодных детей…

— Сколько стоит? — спросил кузнец Аршак и потянулся к большому карману фартука. Достал красную десятку, протянул ее Варжапету.

— Хватит?

— Порядок, джаним, даже больше, чем надо.

Варжапет выхватил у кузнеца Аршака желанные деньги и выскочил из кузницы. Он бросился прямо на рынок: купил зелень, сыр, лаваш и заторопился домой. Входя в дом, позвал:

— Детишки, хлеб пришел, да не один, с сыром!

Он выложил все на стол, снял свою широкополую черную шляпу, вытер пот со лба, улыбнулся:

— Все заработано потом, кушайте на здоровье!

Потом он обратился к жене, которая расставляла на столе тарелки, и добавил:

— Завтра портному Арташесу книгу отнесу. Нет, две, обе о войне. Нет ничего лучше книг, дети! — неожиданно сказал он детям, уплетающим лаваш с сыром. — Сегодня продал, завтра продам!

И все повторялось. Каждое утро в своей неразлучной широкополой черной шляпе, которую когда-то давно, в незапамятные времена, он купил в магазине купца первой гильдии Ага-Егиазаряна, чем очень гордился, он шел по Астафьян вверх и вниз с книгами в карманах, в руках и предлагал прохожим.

— Покупайте, — говорил он, — книги подешевле хлеба. Хлеб подорожал. Поистине, книга — хлеб, хлеб для души, джаним! Человек не только одним хлебом жив!

 

Эдуард Авакян

Продолжение

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top