online

Мозаика Еревана. Рафаэль Флорин. Он мог бы жить

Мозаика ЕреванаПортал «Наша среда» продолжает публикацию глав из книги Эдуарда Авакяна «Мозаика Еревана». Благодарим переводчика книги на русский язык Светлану Авакян-Добровольскую за разрешение на публикацию.

Предыдущие главы:

А мы в глухом году пожара,
Остаток юности губя.
Мы не единого удара
Не отклонили от себя…

Подвиг никогда не бывает напрасным, бессмысленным, даже если он не дает мгновенной практической пользы. Подвиг многому учит и современников, и потомков…

XX век преподнес нам великие уроки и познание себя на фоне ошибок времени, тысячи ошибок. Одна из них — годы репрессий, миллионы жертв, забыть о которых невозможно. И Имена, и светлые оборванные молодые жизни, растоптанные судьбы… Один из таких жертв сталинизма — Рафаэль…

Рафаэль Флорин (Авакян) родился в Тбилиси в 1919 году. С десяти лет жил в Ереване, в одном из колоритных кварталов — на Конде. Уже в школе отличался не только глубокими знаниями, но и смелыми суждениями и сильным независимым характером. Начитанный не по возрасту, он очень любил книги, с детства собирал богатую библиотеку. Книги были его друзьями, вели по жизни.

Еще подростком Рафаэль решил стать историком. Отлично закончив школу, он легко поступил на исторический факультет Ереванского государственного университета. На студенческой скамье нашел верных друзей, но среди них один был самым верным, самым родным, с которым неожиданно понял: они единомышленники, братья по духу — Ролан Лисициан!

Что связывало их? История, литература, любовь к родной Армении!

Сподвижники, они мечтали о независимости Армении. И это в страшные 30-ые годы прошлого века, в дни сталинщины.

Рафаэль и его друзья не по возрасту умные, многое понявшие в те страшные годы, объединились в тайную организацию «Национальный союз». Удивительно и то, что росли они в «стране социализма», в постоянном восхвалении «вождя всех народов»… Но какая отвага, ум, какая духовная самостоятельность вела их, какое бесстрашие! Как далеки они были от многих, которые «плыли по течению», охваченные страхом.

А он, Рафаэль, «сын века» — «Уходил от своего века» (И. Бродский). В своем обманутом поколении он нашел силы говорить правду.

Он мечтал стать историком, писателем. С тринадцати лет печатался в газете «Пионер канч», позднее — в «Литературном альманахе», дружил со своим одногодком поэтом Рачия Ованесяном, будущим кинорежиссером Лаэртом Вагаршяном.

Флорин — литературный псевдоним Рафаэля Авакяна.

Рафаэль был высоким, красивым, стройным, с темными грустными глазами. Романтичный, писал стихи, мечтал заниматься наукой, любить. Ему было отпущено всего 24 года земной жизни…

Школьником, влюбленный в поэзию Чаренца, приходил в дом опального Поэта. Тот относился с уважением к умному талантливому подростку. Арест и гибель Чаренца, убийство Агаси Ханджяна стали началом прозрения! Он стал искать сподвижников. Первым стал Ролан…

В дневнике Рафаэля (чудом спасенного мною, его младшим братом, мне было тогда, когда его арестовали, 15 лет) читаем: «Убийство Х-на в 1936 году стало громом небесным, который в корне изменил политические настроения большинства молодежи… После ареста Чаренца я стал искать единомышленников, их было немало…»

«Летом 1937 года я начал работать в библиотеке в саду Коммунаров, и она стала местом наших встреч. Под сводами старых деревьев разрабатывалась программа борьбы со «сталинским режимом»… Мы говорили о национальной политике, задумывались о нашей жизни…»

Так родилась идея создания тайного «Национального союза». Рафаэль Авакян и Ролан Лисициан стали ее организаторами. Ячейки «Национального союза» были по всей Армении: на Севане, в Арташате, Алаверди, Зангезуре, Степанаване… Главной идеей «Союза» было создание независимой Армении под эгидой одного из европейских государств, в непосредственном сотрудничестве с партией Дашнакцутюн. Молодые, они мечтали о сплочении армян Спюрка с родиной, укреплении экономики, создании сильной армии, усилении национального самосознания армян… «Народ должен стать подлинным хозяином своей страны и восстановить границы исторической Армении…» — писал Рафаэль Флорин в далеком 1937 году…

Одной из задач «Национального союза» была проблема Нагорного Карабаха. Подумать только, молодые патриоты, они отлично понимали вину Сталина в деле отторжения Карабаха от Армении, когда там 90 процентов населения составляли армяне!

Названия глав «Манифеста» «Национального союза», эпиграфом которого стали слова Чаренца: «О, народ армянский, спасение твое в единении…», говорят сами за себя: «Плоды борьбы», «В цепях лжи», «Национальная политика», «Близкое будущее»… Но близкое будущее оказалось страшным: среди членов «Союза» оказался предатель. Начались аресты… Ролана расстреляли в стенах ереванской тюрьмы, а мать долгие годы жила в неведении, писала письма, отправляла посылки, ей нагло врали, давали какие-то адреса… Рафаэлю расстрел заменили десятью годами лагерей, и он прошел все муки ада: допросы, очные ставки, изощренные пытки, но никого не выдал, не назвал ни одного имени, ни в чем не признался, ничего не подписал… В лагере он не сломался, оставался сильным духом, стойко выдерживал все рядом с уголовниками. Было такое в советских лагерях: политических держать вместе с урками.

Лагерь советских лет — воплощение темной варварской жизни общества. Он, к тому же, признание бессилия и несостоятельности общества. Закон лагеря — выживание за счет того, кто рядом. Чудовищный закон унижения и уничтожения!

А тогда в 1937-м Рафаэль писал: «Единственное условие развития наций — их полная свобода и независимость в мирных условиях, как своеобразное право на самоопределение, которое достигается только оружием, борьбой не на жизнь, а на смерть. Каждый народ должен сплотиться вокруг своей национальной партии, и при удобной международной ситуации подняться против поработителей, завоевать независимость и свободу…»

В канун 1941 года (в августе его арестовали) Рафаэль писал в дневнике: «…Новый год печальный, горький, ужасный год…» Что это было? Предчувствие? Весной началась Великая Отечественная война, в августе «черный воронок» у их дома на Конде. Обыск, книги Раффи, Мурацана, Маари, Бакунца, Чаренца летели на пол, как улики! Лагерь, тяжкий труд (он чистил цистерны, работал на химическом заводе), голод, туберкулез — смертельная в те годы болезнь! И тоска по матери, брату, родному дому, родной Армении… Сломленный физически, он оставался сильным духом. В письмах из лагеря весь он — благородный, честный, мужественный, верный себе, не теряющий надежды…

О днях Рафаэля в лагере в моей книге «Человек Божий». Так назвали его в лагере. Книга переведена на русский язык моей женой Светланой Авакян-Добровольской и заняла достойное место в Москве в библиотеке Фонда Александра Солженицына.

Приведу небольшой отрывок из этой книги: «…Третьему лагерю я обязан встрече с Генералом, сыном старого кадрового офицера, истинным русским интеллигентом Петром Ростовцевым. Он стал моим товарищем, советчиком, и что самое главное, поддержал меня духовно среди всей уголовщины, окружавшей нас».

Однажды Генерал рассказал мне о себе. «Вы историк, Рафаэль. Вам это надо знать!» И поведал мне всю правду о Тухачевском, о процессах над врагами народа, о фальсификации истории…

А потом неожиданно пришел приказ об освобождении Генерала. Дела на фронте шли плохо. И всех генералов, невинно осужденных, Сталин начал освобождать. Генерал потребовал вернуть ему форму и все ордена. Он хотел выйти на свободу при всех своих регалиях. И начальнику лагеря, страшному солдафону, беспощадному и жестокому, который постоянно унижал Генерала, ничего не оставалось, как выполнить его требование!

Прощаясь, Генерал подошел к Рафаэлю, крепко его обнял и сказал: «Спасибо вам, Рафаэль, за все. За то, что были рядом, за то, что вы существуете!» — А потом снял генеральскую шапку и низко поклонился русским поклоном…»

Рафаэль Флорин — славный сын армянского народа, один из мужей Еревана, погибший за свой народ…

Он мог бы жить, он мог бы так много свершить, и память о нем светла и вечна…

 

Эдуард Авакян

 

Продолжение

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top