online

Клара Терзян. Тоска

terzyan_dialog_s_dubomПортал «Наша среда» продолжает публикацию книги Клары Терзян «Диалог с дубом».  Благодарим автора за возможность публикации.

ЧЕТЫРЕ ПОДСНЕЖНИКА И БОЖЬЯ КОРОВКА

ГИМН СОЛНЦУ

НОВЫЕ АРМЯНЕ

ТОСКА

Однажды, в один очень грустный день, когда уже не было мочи терпеть царившее вокруг беззаконие и грабеж, я сказала себе: “Надо бежать из этой страны”.  И слово замирает в воздухе, слово стало образом.

Площадь Свободы: окольцованная несколькими рядами солдат, с танками, пулеметами, плененным зданием оперного театра. И люди даже не вправе  ходить по тротуарам улиц, примыкающим к площади и зданию оперы. Часть Лебединого озера со стороны улицы В. Теряна перекрыта сверху и снизу солдатами и танками и, чтобы пройти по улице, надо показать паспорт: проверяют имя, фамилию, адрес.

Люди возмущаются, пытаются что-то объяснить солдату в каске, на лице которого столько ненависти, будто его огнестрельное оружие не под жилетом, а под кожей лица. Но народ, особенно молодежь, не так уж и покорны. Они вступают в спор, который заканчивается арестом. Вот молодая женщина, которой удалось пройти на улицу Теряна, медленно проходит по тротуару Лебединого озера, где на каждом десятом шагу стоит солдат. Женщина проходит с гордо поднятой головой, чеканя каждый свой шаг. Так проходят высокопоставленные командиры.

Солдаты ошеломленно смотрят на женщину, ни один не осмеливается остановить ее. Женщина идет самоуверенно, с улыбкой на лице, будто бросает перчатку тем, кто взял в плен нашу святыню.

Полдень, на улице не так уж много народу. Но малочисленные прохожие посылают женщине аплодисменты.

И вдруг один офицер, как бы очнувшись, отдает громкую команду удалить женщину с тротуара. И пока он кричит, пока солдаты приходят в себя, женщина проходит запретный отрезок. Сейчас она на так называемой разрешенной зоне.

Женщина очень красива, она улыбалась, она шла гордым шагом, как проходят офицеры на Красной площади во время парадов и похорон руководителей советского государства.

Солдат все вспомнил, кроме самого главного. Понял ли он, что часть сердца этой женщины осталась на Площади свободы, которая окольцована в два ряда оружием и броней, и женщина не может жить без этой части своего сердца.

***

“Надо уезжать из Армении”  — говорю в минуты негодования, и слово замирает в воздухе, становится образом.

Прошла суровая зима 89-го, наступила весна. Площадь свободы все еще окружена солдатами и танками.

Солнечный день. С подругой проходим по улице Теряна. Не верим своим глазам: солдаты отступили от тротуара, примыкающего к Лебединому озеру с этой стороны. Вместо этого они более тесно стоят на противоположном переходе.

Наконец виднеется озеро, небольшие склоны, обрамляющие его. Снег растаял, прошлогодняя трава выцвела, замученная солдатскими сапогами.

Мне и подруге не терпится и, сойдя с тротуара, шагаем по траве, ожидая, что в любую минуту нас остановят, скажут: “Нельзя”. Но никто ничего не говорит. С каждым шагом мы слышим запах нашей земли. Она соскучилась по нам, мы соскучились по ней. Как пройти по ней в обуви? Это вроде как преступление. И мы обе снимаем с себя обувь и вот так, босиком,  проходим по пожелтевшей, но охваченной весенним духом траве, чувствуя тепло земли, пульс  земли.

Утолив тоску по кусочку освобожденной земли, выходим на улицу Туманяна. А Площадь свободы, здание оперы еще остаются в плену.

Солдаты смотрят на нас с удивлением: две сумасшедшие женщины идут, сняв сапоги, босиком по пожелтевшей и мокрой траве вокруг озера. Это Армения, здесь чего только не увидишь!

Ну как тут взять и уехать из Армении, когда так болит душа хотя бы за малую ее часть, за плененную Площадь свободы.

 

Клара Терзян

Перевод с армянского автора

Продолжение

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top