online

Депортация армянского населения Нагорного Карабаха

Проект «Карабахский фронт Москвы» продолжает публикацию материалов, посвящённых событиям в Нагорно-Карабахской Республике и российской интеллигенции, не побоявшейся, в трудные времена глухой информационной блокады вокруг событий в Нагорном Карабахе, поднять свой голос в защиту прав армянского населения древнего Арцаха.
Предлагаем читателям свидетельства Инессы Емельяновны Бурковой, которая лично присутствовала при описываемых событиях.

Операция «Кольцо», апрель-июнь 1991 года

Burkova_InessaСвидетельствует Инесса Буркова,
Писатель, член Союза писателей СССР, писательское объединение «Апрель»,  г. Москва

22 апреля 1991 года мне сообщили тревожную весть: к двум армянским соседним селам Геташен и Мартунашен стягиваются войска, что там отключены телефон, телеграф, электричество, на исходе мука, медикаменты. Я, три года собирающая материал для книги об армянской проблеме, решила поехать туда. Прилетев в Ереван, услышала, что с 24 апреля Геташен и Мартунашен полностью окружены танками, БТРами, попали в глухую осаду, по рации люди молили о помощи.
Верховный Совет Армении потребовал созвать чрезвычайный съезд народных депутатов СССР, чтобы предотвратить военную расправу над советскими гражданами, но получил отказ. Я свидетельствую, что после этого, руководители Армении и народные депутаты Зорий Балаян, Людмила Арутюнян, Сергей Амбарцумян обращались к министру ВД СССР Пуго и его заместителю Громову, министру обороны СССР Язову, председателю КГБ СССР Крючкову с требованием снять осаду Геташена и Мартунашена.
Я свидетельствую, что по приказу Язова вертолетное сообщение с Геташеном было прекращено с 24 апреля. Именно с этого дня и по 26 апреля, намереваясь полететь в Геташен, я тщетно ждала вылета вместе с несколькими журналистами и группой «Врачи мира без границ». Врачам не дали возможности пересечь границу между двумя советскими республиками, чтобы оказать медицинскую помощь осажденным, журналистам не позволили увидеть своими глазами, что готовилось и потом вершилось против двух армянских сел, законодательно отказавшихся подчиняться Азербайджану. Мне удалось приблизиться к Геташену (на 35 км), проникнув в Шаумяновск, тоже лишенный вертолетного сообщения,
Я провела в Шаумяновске 16 дней: с 30 апреля по 15 мая. Вместе с радистом-любителем принимала передачи из Геташена с первого трагического дня 30 апреля. Со 2 мая брала показания у пострадавших и очевидцев, которым удалось выйти или выехать из Геташена и Мартунашена. Я передавала по телефону все сведения в Москву членам КРИКа, они — «Мемориалу», «Дем. России», депутатам ВС СССР и РСФСР и независимым средствам массовой информации и радиостанциям «Свобода», «Эхо Москвы», которые оперативно и, подробно освещали геташенские события, не позволив замолчать их, как это было с предшествовавшими погромами армян — в Сумгаите, Кировабаде, Физули, Баку. С 25 мая по 28 мая я продолжила сбор показаний очевидцев и пострадавших, приехав в лагерь депортированных из Геташена и Мартунашена, в пансионаты Цахкадзора, вместе с группой иностранных экспертов Второго Международного конгресса памяти А.Д.Сахарова.
В результате анализа всех полученных мною и экспертами сведений вырисовывается следующая картина.
30 апреля в 5 часов утра началась военная операция «Кольцо» против мирного населения Геташена и Мартунашена. Окруженные танками, БТР, БМП, БМД села подверглись массированному обстрелу то из пушек, минометов, гранатометов, то из вертолетов, летавших низко. Через несколько часов в села вторглись бронемашины, под их прикрытием продвигались, стреляя из автоматов, солдаты и ОМОНовцы МВД АзССР, за ними — мародеры-азербайджанцы соседних сел. Все они врывались в окраинные дома, убивали, избивали, грабили армян, увозили их имущество, угоняли машины, скот, под дулом автомата принуждали писать заявление о «желании» навсегда покинуть свой дом. Так повторялось ежедневно, вплоть до 7 мая, несмотря на официальный протест Верховного Совета Армении 30 апреля и на то, что его председатель Левон Тер-Петросян получил по телефону от президента СССР заверения, что он сам возьмет под контроль ситуацию, что военные действия будут прекращены, возобновятся полеты вертолетов, прежде всего, санитарных, и никакой депортации населения Геташена и Мартунашена не будет.
Однако, вопреки этому обещанию, военный погром двух армянских сел не прекращался ни на один день. Множество домов в Геташене были разрушены. Мартунашен, разграбленный, был полностью выжжен из огнеметов. Не стало села. Несколько десятков мартунашенцев и геташенцев были убиты, погребены под развалинами, раздавлены танками, сгорели в собственных домах. Не было пощады даже глубоким старикам. Были расстреляны из автомата в постели 90-летняя Ором Минасян, 80-летний Ованнес Ахумян и др. Пятерых мужчин ОМОНовцы разрубили на куски топором: Хачика Давидяна, Шамира Алкумяна, Оганеса Оганесяна, Размика Агаджаняна, Вано Алкумяна. Женщин тоже избивали, отрезали уши, чтобы взять серьги, некоторых изнасиловали. 43 человека захватили в заложники. 14 из них неизвестно куда подевали. 29 увезли в Агджикент и запертых в автобусе, двое суток непрерывно избивали сапогами, дубинками, прикладами автоматов, а инвалида Отечественной войны Александра Чилингаряна, потерявшего на фронте ногу, били собственным костылем. Истекавших кровью заложников заставляли вылизывать ее с пола. Принуждали съесть сигареты, а затем — собственную блевотину. На глазах фронтовика они истязали его сына 34 лет. Чилингаряна Межлума кололи ножом, на поверженном прыгали, плясали втроем, переломав ему ребра. Бросали в него, голого, зажженную бумагу, гасили на груди сигареты, били по голове бутылкой. Потерявшего сознание, они подняли его с пола за волосы и сняли скальп.
Пыткам садисты подвергли каждого из двадцати девяти заложников. На третьи сутки ОМОНовцы обменяли их на 14 пленных солдат и полковника, вернули в Геташен — кровавые месива, с отбитыми внутренностями, переломанными руками, ногами, ребрами, с пробитыми черепами. Более ста жителей двух захваченных сел были избиты, ранены, изувечены. Им было отказано в медицинской помощи. Я видела, как врачей, прибывших в Шаумяновск из Еревана, военная комендатура не пропускала в Геташен.
Жители двух сел сгрудились в подвалах домов на центральных улицах Геташена. Иным удалось в темноте проскочить в лес, но там они опять же попали под пулеметный и автоматный обстрел. Лишь 22 мартунашенца и 28 геташенцев сумели пробраться по лесным и горным тропам в Шаумяновск: старики, женщины, подростки — «боевики».
Четверо суток 3 тысячи крестьян и их семьи дрожали в подвалах Геташена под градом снарядов и пуль, в ожидании смерти. Они в панике и ужасе уже согласны были уехать, лишь бы выжить. С 4 мая «благодетели» в военной форме начали депортировать их. За два дня переправили на вертолетах 1317 человек в Степанакерт, оттуда в Армению. 6-7 мая еще 1100 человек вывезли на автобусах к армянской границе и высадили под открытым небом: женщин, детей, стариков. Около двух с половиной тысяч мирных жителей выкинули из собственных домов, из родных сел, превратили в бездомных, бесправных беженцев. Таких вот «боевиков» выкурил Пуго. Но более пятисот молодых и среднего возраста мужчин, тоже вышвырнутых на улицу, арестовали и увезли в неизвестном направлении, видимо, чтобы пытками принудить их признать себя «боевиками». Где они теперь, живы ли, никто не знает.
В Мартунашене и Геташене не осталось ни единого жителя. Оба села были отданы на разграбление ОМОНовцам и азербайджанцам соседних деревень, а вскоре были заселены азербайджанцами.
Все сведения о массовом государственно-военном погроме армян Геташена и Мартунашена я сообщила 19 мая в Комиссии Верховного, Совета РСФСР по правам человека во время слушания под председательством Сергея Ковалева вопроса: «Нарушение прав человека в зоне азербайджано-армянского конфликта». В результате слушания Комиссия составила проект «Заявления съезда народных депутатов РСФСР в связи с обстановкой, сложившейся в ряде регионов Армении и Азербайджана». Увы, вялый проект. Он был наспех зачитан на съезде народных депутатов 25 мая под самое закрытие заседания председателем Ельциным и был принят голосованием — без обсуждения. Даже это «Заявление» – мякина, нигде никогда не публиковалось — не имело ни малейшего действия.
Вот так Горбачев сдержал свое слово, данное Тер-Петросяну. Так исполнил он свою клятву президента СССР, свой долг главы государства: защитил жизнь, собственность, достоинство трех тысяч советских граждан. Так мимоходом, формально-глухо не согласился с ним законодательный орган РСФСР во главе с Ельциным.
Свершился страшный поворот «перестройки»: военный терроризм откровенно стал государственной политикой и практикой.

Из сообщений, переданных, Инессой Бурковой

Из Шаумяновска 30 апреля 1991 г.

Братья и сестры! Сограждане! Я, московская писательница, обращаюсь к вам из прифронтовой полосы, из поселка Шаумяновск Нагорно-Карабахской автономной области. В нескольких километрах отсюда гремят артиллерийские орудия, танковые пушки, строчат пулеметы и автоматы, горят подожженные из огнеметов дома, кричат о помощи раненые, молчат убитые. Это идет штурм двух сел — Геташен и Мартунашен.
Барабанные перепонки лопаются от артиллерийской канонады. В воздухе пахнет гарью. Рация приносит нам голос: «Все спрятались в подвалы… убито пятнадцать человек, ранено четырнадцать». Обрывается связь. Через два часа снова звучит тревожный голос, видно, с другого места: «Сосчитать новых убитых невозможно. Из танковых пушек разрушено шестнадцать домов, схвачено сорок три заложника». Смолкла рация. Что там? Как помочь? Глухо.
А два министра СССР открещивались от предупреждений и протестов народных депутатов СССР и Армении за пять дней до начала военных операций. Не пожелал министр ВД СССР Пуго подняться на вертолете и посмотреть сверху на Геташен. Он увидел бы на улицах не только мужчин, но детей, женщин, стариков. Три тысячи человек живут в Геташене, более пятисот — в Мартунашене, по соседству. Да, мужчины имели охотничьи ружья — чтобы защитить дом и семью от азербайджанских налетов. Кто мог знать, что они, крестьяне, надеявшиеся на защиту армии и милиции, станут мишенью для артиллерии и пулеметов?
Соотечественники! Заступитесь за армян, за наших сограждан! Сегодня взяты штурмом Геташен и Мартунашен. Завтра настанет черед других непокорных.

Из Геташена, 2 мая 1991 г.

Операция «Кольцо». Беженцы. Фото Яромира Штетины (Чехия)

Операция «Кольцо». Беженцы. Фото Яромира Штетины (Чехия)

В Геташен введена комендатура МВД СССР. ОМОНовцы Азербайджана вышли из села, стоят в его окрестностях вместе с войсками. В селе оставлено несколько танков и БТРов. Комендант — майор Коробцов. Игорь Мурадян и Вардан Ованесян пошли на переговоры с ним. Геташенцы, в основном женщины, полностью деморализованы, в панике. Одна мысль у них — выбраться из этого ада. Требуют вывести их на вертолетах. Выезжать на автобусах категорически отказываются: боятся, что по дороге на них нападут толпы азербайджанцев и поубивают всех. Парламентеры именно этого требуют от коменданта Коробцова, а также оказания медицинской помощи пострадавшим, вывода бронетехники.
В 14.25 в Геташен прибыл из Еревана вертолет ВВС СССР. Он привез хирургов, травматологов и представителя парламента Армении Юрия Мкртумяна. Приземлившийся вертолет был окружен солдатами ВВ МВД СССР. Офицер запретил ереванцам выходить из вертолета, угрожая взорвать его вместе с пассажирами и экипажем. Не выходя из вертолета Юрий Мкртумян вызвал на переговоры коменданта Коробцова. Тот, явившись, вел себя грубо, вызывающе. Тоже запретил ереванцам ступить на землю Геташена. Отказал врачам оказать помощь раненым, искалеченным. «Тогда мы увезем в Ереван тех, кто в самом плохом состоянии». «Получите каждого лишь в обмен за ствол боевого оружия. Пусть «боевики» разоружаются». Геташенцы сумели набрать всего девять охотничьих ружей. За это в вертолет были посажены девять человек: дети, старики, женщины, мужчины, избитые азербайджанскими ОМОНовцами во время допросов. Коробцов смилостивился: разрешил улететь еще тринадцати искалеченным бесплатно. ОМОНовцы арестовывали кого угодно, отвозили в милицию Ханлара и Кировабада, истязали их там. Двоих замучили до смерти. Трупы выбросили геташенцам к памятнику погибшим во время Великой Отечественной войны. Если кто-то из сельчан пытался приблизиться к памятнику, чтобы забрать трупы и похоронить, ОМОНовцы открывали огонь из автоматов и пулеметов. К тому же и кладбище было постоянно под огнем. Родственники хоронили погибших у себя во дворах, ночью, тайком, чтобы азербайджанцы не узнали, где могила и не надругались бы над ней.
Моральное состояние геташенцев не поддается никакому описанию. Если до утра власти Армении не сумеют договориться с Кремлем об эвакуации геташенцев на вертолетах, то село может превратиться в сумасшедший дом.
Стало известно, что пропали без вести 30 жителей уничтоженного села Мартунашен. Предполагают, что они ушли через горы и лес в сторону Шаумяновска. Но сумеют ли прорваться сквозь два танковых кольца? Коробцов набрался наглости обвинил армян в уничтожении Мартунашена, якобы, чтобы село не досталось азербайджанцам. Еще он сказал во время переговоров с Ю.Мкртумяном, что всей операцией руководит сам Шаталин, командующий ВВ МВД СССР.

3 мая 1991 г.

Обращение геташенцев к мировой общественности

Sоs! Sоs! Sоs! Жители двух армянских сел в Азербайджане Геташен и Мартунашен, умаляют: спасите наши жизни! В нас палят из пушек, строчат из пулеметов и автоматов, с земли и с неба. Нас давят танками в наших дворах и домах. Детей, женщин, стариков хватают в заложники азербайджанские ОМОНовцы — ломают руки, ноги, ребра, разбивают лица ударами о стену, отбивают почки, снимают скальп с живых, голыми гоняют по улицам, колют ножами. Наши мужчины бессильны защитить нас охотничьими ружьями. Мы держались три года, но против армии нам не устоять. Она уничтожает нас. Заставляет признать власть Азербайджана или покинуть родные села, могилы предков. Но даже бежать не дают: стреляют. Наши дома разграблены, горят. Нам негде укрыться.
Люди мира! Спасите! Хотя бы детей спасите! Мы погибаем. Отрезаны танками от внешнего мира. Sоs! Sоs! Sоs! Спасите!

Из Шаумяновска, 5 мая 1991 г.

Нашлись те мартунашенцы, которые вырвались из-под обстрела в Мартунашене. Они с трудом добрались до первого армянского села Шаумянского района — до Бузлука. Мы помчались туда и встретились с ними. Их 22 человека. Это пожилые и старые люди, среди них три 16-летних школьника. Трое суток они добирались до Бузлука, по очереди тащили на себе больных и раненых. Ночами шли по крутым горным тропам, днем хоронились в кустарниках. Слушать их рассказы — свыше человеческих сил. Изможденные, с обезумевшими глазами, они заново переживали ужас, перенесенный в родном селе. Артиллерийская канонада, грохочущая по улицам бронетехника, мечущиеся толпы сельчан, крики, плач, мольба о помощи. Размозженные снарядами родственники, тело убитого брата, по которому прошел танк. Мясо на траках гусениц, топорами разрубленный на куски сосед, скопом изнасилованные женщины. Превращенные в руины горящие дома и школа. Азербайджанские машины, нагруженные награбленным добром,
Армянское село Мартунашен уничтожено. На том месте пахнет гарью. Хатынь перестройки. Очень немногие мартунашенцы спаслись и живы… пока. Одни успели сбежать в Геташен, где страдают от голода, холода и страха в броневом мешке. Другие двинулись в лес, но там ОМОНовцы открыли на них охоту, прочесывая лес автоматными очередями. Кто жив, кто убит- не знали 22 мартунашенца, вырвавшиеся из ада. Один потерял четырех детей и жену, другая — мужа. Все потеряли малую родину. Потеряли и любовь к Москве, к Советской Армии. Все проклинают Горбачева, и я вместе с ними.
Я, русская писательница обращаюсь ко всем, в ком жива совесть — очнитесь! Я обращаюсь к вам, Станислав Федоров, Федор Бурлацкий, Дмитрий Лихачев, Анатолий Карпов, Альберт Лиханов! Забудьте о телемарафонах и рекламе, поднимите в защиту человеческих жизней свои гуманные общества, комитеты, фонды — прав человека, милосердия, мира, культуры, детский! Стучите грозно в кремлевскую дверь!
Я обращаюсь к солдатским матерям, запретите своим сыновьям стрелять в детей всех возрастов, в их отцов, матерей, дедов. Я обращаюсь ко всем демократам, радикалам, либералам, положите конец кровавой тирании!
Я не обращаюсь к Верховному главнокомандующему вооруженных сил, к председателю Комитета обороны СССР, лауреату Нобелевской премии мира Михаилу Горбачеву.
Не обращаюсь к министрам Язову, Пуго, Асадову. Бесполезно. Я требую привлечь к международному суду организаторов кровавой расправы над мирным населением.

Инесса Буркова

Из Геташена, 5 мая 1991 г.

Вывезли из Геташена 360 детей в Степанакерт. В то время, когда матери их забрасывали в вертолеты, армия начала обстрел села изо всех видов оружия, в том числе и снарядами с зажигательной смесью. После каждого выстрела дым стоит по полчаса. 14 человек ранено. 7 из них тяжело.

6 мая 1991 г.

Грабят, жгут дома. И солдаты, и ОМОНовцы, которые вернулись в село. Захваченных в заложники мужчин избивают тут же смертным боем. Русский капитан попробовал заступиться. ОМОНовец-азербайджанец отрезал: «Тебе заплатили — молчи!» Он отошел, сплюнув. Возобновились обстрелы из пулеметов, автоматов. Старики сбились в кучу — по ним ведут огонь. Падают убитые. Другие выползли из дома, еле живые, ждут на крыльце смерти. Больную бабушку в постели убили. Мелсика Согомоняна 50 лет убили. Он лежал с больными ногами. Был шофером. Ездил в рейсы Ханлар — Геташен. Его знали многие. Какой-то азербайджанец-ОМОНовец зарубил его в постели топором.

ИНЕССА БУРКОВА

Источник: http://sumgait.info/ring/seda-vermisheva/karabakh-deportation-6.htm

От портала «Наша среда»:  Эти сообщения Сэда Вермишева принимала по телефону в Москве. Потом их печатали на машинке и разносили по посольствам и СМИ

 

Все материалы проекта «Карабахский фронт Москвы»

Свои предложения и замечания Вы можете оставить через форму обратной связи

Ваше имя (обязательно)

Ваш E-Mail (обязательно)

Тема

Сообщение

captcha

Вы можете помочь нашему проекту, перечислив средства через эту форму:
Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top