online

Ашот Газазян. Посетитель

Случай в редакции
Ашот Газазян

Ашот Газазян

Комар-гастролёр с фанатичным писком совершил свой последний вираж и впился в шею в самый неподходящий момент. Впился, сукин сын, да так глубоко, что и прихлопнуть уже было нечего. Впился и исчез – глубоко в недрах влажной от пота шеи…

Я отложил ручку и тупо уставился на аккуратно разложенные передо мной чистые листы бумаги. Страх перед чистыми листами бумаги остаётся до сих пор. Я вечно сомневаюсь, а смогу ли на этот раз испачкать их так, чтобы главный удовлетворенно произнёс свое «ГэВэНэ!», что в переводе с редакторского на человеческий язык означает «Гениально, в номер!»

«Какие возможности открываются перед тобой!» – мечтательно сказал бы мой самый первый редактор, застав молодого корреспондента в такой позиции. А мне и сейчас кажется, что я не использовал ни одной из них…

«Откуда в редакции комары?» – лезет в голову назойливый вопрос, в то время, как мне уже давно нужно написать первую фразу. После неё всё сразу начинает  получаться и ты немедленно начинаешь чувствовать себя автором «Доктора Живаго».

Почесал шею. Откуда-то из-под потолка начал пикировать второй комар, но его удалось размазать на излёте. Испачкал чистый лист бумаги, но удовлетворения мне это не принесло.

Жарко. До отпуска остаётся ровно три с половиной дня…

– К вам посетитель, – секретарша, одинокая в быту женщина с державной грудью, вошла без стука. Она всегда заходит без стука. Очевидно, уверенности ей  добавляет та самая грудь, что державная.

Посетитель в редакции ежедневной газеты – далеко не всегда гость от Бога. Я лично всегда считал, что газеты читают, а потом пишут в редакцию письма, то есть нервно реагируют на публикации, люди не совсем нормальные. А этот ещё и сам заявился! Раздражение частично пропало, когда я решил, что всё же лучше поговорить с живым человеком, чем размазывать на бумаге комаров-садистов.

Сутулый долговязый человек в вылинявших джинсах и старомодной рубашке с крупными фиолетовыми цветами. Он вошёл как-то боком и, знаете, не сразу мне понравился. Точнее, сразу мне не понравился. Какой-то надменный, ведёт себя так, словно это я к нему заявился! И надо же, положил свою жёваную шляпу прямо на мою пепельницу, в которой ещё дымился мой окурок!

– Хочу у вас публиковаться! – гордо и безапелляционно заявил посетитель.

– А у вас уже что-то есть? – спрашиваю.

– Бери ручку – пиши: стихи!

Я было потянулся к ручке, но вовремя спохватился.

– Видите ли, – говорю, – у нас общественно-политическая газета. Мы, извините, стихов не публикуем.

– А что вы публикуете? – удивился посетитель.

Он удобно расположился в кресле, в котором обычно удобно располагается ответственный секретарь, если ему, конечно, есть, что мне сказать.

Я понял, что так просто от гостя не избавиться и только тихо надеялся, что сейчас зазвонит телефон. Это отвлечёт меня от грустных мыслей, а любознательному поэту, к тому же почему-то диктующему свои стихи заместителям главных редакторов ежедневных газет, станет неловко от того, что он так бесцеремонно отрывает занятого человека от серьёзных дел, можно даже сказать, государственной важности. Телефон предательски молчал.

– Ну-у, мы публикуем статьи…

– Бери ручку, пиши: статья!

И куда это исчезли все комары? И почему это я не могу вспылить? Прямо сейчас?

– Нет, это должен быть востребованный материал, – пытаюсь воспротивиться натиску посетителя. – Горячая новость, репортаж с места…

– Бери ручку, пиши: репортаж!

– …интервью…

– Бери ручку, пиши: интервью!

– Бери шляпу и… – я не остановился на достигнутом даже тогда, когда в просторном кабинете вдруг стало тесно и шумно. Я что-то кричал и кричал, время от времени ловя себя на том, что некоторые мысли вполне можно было  бы использовать при написании очередной статьи. Где мои чистые листы? Куда подевалась ручка? И чья это шляпа всё время планирует под потолком?

Коллеги, слегка удивлённые тем, что кому-то так запросто удалось вывести меня из себя, выпроваживали перепуганного, но упирающегося посетителя к лифту, одновременно советуя ему обратиться в редакцию детского журнала, что располагается парой этажей ниже. И просили… заходить ещё!..

У самого лифта посетитель вывернулся и прокричал мне:

– Ты ещё запомнишь этот день, гад!!!

Я и запомнил.

 

АШОТ ГАЗАЗЯН

Поделиться ссылкой:




Комментарии к статье


Top